ТРИ      ЖЕЛАНИЯ                   

         

trigelanija.webstolica.ru

Валерий Сафронов

не обработано

 

Новогодний шок

 

Валерий Сафронов

 

Нарезана колбаска, настругана рыбка, нарублена и щедро округлена майонезом картофельно-огурцово-горошковая смесь  под названием "Оливье".

В  обшарпанном холодильнике притаились остатки студня, селёдки под шубой и диковинного салата с ананасами+

 

Врачи ведь тоже люди, поэтому  им, как и всем остальным,  хочется символического праздника,  ведь скоро Новый год.

 

В небольшой городской больнице на редкость тихо. Поэтому  в половине двенадцатого к дежурной смене реаниматологов подгребают участники других служб.

 

Дежурный  хирург с гирляндами, шутник невролог с хлопушками, одною из которых он неожиданно выстреливает за спиною старшей медсестры.

 

Вскоре все усаживаются за стол в ординаторской. Рядом с ними на почётных местах  несколько больных: один пославший далеко и надолго инфаркт; второй - выживший после двухсторонней пневмонии; третий, вернувшийся с того света, раз и навсегда осознавший, что сие означает, - стволовой инсульт.

 

Водки не пьют, может слегка пригубили винца, хорошо сидят, разговаривают.

 

За десять минут до Нового года из приёмного отделения раздаётся звонок: "Скорая везёт травматический шок, будьте наготове".

 

Недоумения, ропот, ненормативная лексика, подготовка к противошоковым мероприятиям+

 

Через пять минут, в тот самый момент, когда куранты уже начинают свой перезвон, санитары приёмного отделения ввозят каталку с тяжеленным больным, укрытым белой простынёй.

 

 Вдруг простыня начинает шевелиться, затем резко откидывается, а из каталки выпрыгивает заведующий реанимационного отделения, в цивильном костюме и с бутылкой шампанского в руках. С новым годом!

 

 

 

Cтарик на Обводном.

 

Валерий Сафронов.

 

Жили-были старик со старухой в типовой рабочей общаге на берегу Обводного канала.

Старуха, не разгибая спины, вкалывала мойщицей галош на фабрике "Красный треугольник", а старик, - тот и вовсе какой-то придурковатый был, поскольку только и делал, что дырявым бреднем пустые бутылки из Обводного канала вылавливал. Вылавливал, и сдавал в пункт приёма стеклотары, что до сих пор торчит в стене возле Балтийского вокзала. Вылавливал и сдавал. Так они и жили+

 

Пошёл однажды старик на Обводный. Хотя, конечно, особо и идти-то не надо было, проезжую часть перешёл, и ты уже на набережной.

Закинул старик невод в первый раз и вытащил груду консервных банок. Закинул невод вторично - и выудил целую кучу дерьма. Бредень только лишний раз испачкал. Сел, закурил. Непруха+

 

Делать нечего, закинул он невод в третий раз. Тянет, тянет+во как! блеснуло нечто золотисто-рыжее, и главное дело, тяжёлое. Вот только зацепилось это нечто за корягу и ни туда, ни сюда. Если бы оно, это "нечто", было лёгкое и блестящее - старик бы и не удивился: время сейчас такое, что без рыночных отношений никак нельзя.

 

Вот "Красный треугольник" вместо галош, то импортных презервативов наделает всех цветов радуги, то силиконовых грудей под названием "хозяйка медной горы". К тому же, недавно стали выпускать каучуковые фалоимитаторы, а это, согласитесь, совсем уже другой уровень. Каким образом эти новейшие резиновые изделия попадают в Обводный канал, - для старика загадка с множеством неизвестных. Видимо, тем же самым путём, что в советские времена, - ворованные галоши: по канализационным трубам и до большой воды. Хотя, естественно, масштаб сейчас всё же не тот+

 

А ведь когда-то красотища была! Если, к примеру, ранним утром с крыши "Красного треугольника" глянуть вниз, то можно было увидеть, как со стороны бывших измайловских казарм в сторону фабрики двигаются гигантские толпы работниц, и все в красных платочках, повязанных на голове треугольником. Отсюда, кстати, и название: "Красный треугольник". Любую из этих красавиц под мышки хватай - и в клуб на танцы! А теперь, в доме культуры имени Цурюпы, какой-то гей-клуб+тьфу!

 

Но, однако же, тяжесть имеется в бредне килограммов+на три! Да ещё и хвостом от отчаянья бьёт. Вытащил старик бредень на набережную и от неожиданности охрип:

- Во, бля! - а рыбина отвечает ему человеческим голосом.

- Никакая я тебе не вобля! За такие слова, знаешь, можно и по моральному ущербу взыскать+вобля - она в бассейне реки Оккервиль потаскушничает, а я - рыба  благовоспитанная, ценная+

 

- И кто ж ты?!

- Я - золотистая скумбала юнтоловского разлива! 

- Североатлантическая?! - всплеснул руками старик.

- Можно сказать и так: скумбала североатлантическая, юнтоловская, редких чешуйчато-склизких пород! Неужели не слыхал?

 

Старик пожал плечами, потёр за ухом, почесал в промежности. Вздохнул+

- Где уж нам, каликам-недоумкам, сиротам алкоголезависимым, слыхивать?

- А коли так, то отпустил бы ты меня, пожилой человек? - жалобно попросила скумбала североатлантическая, юнтоловская, чешуйчато-склизкая.

- Вот ещё номера?! - пришёл в себя старик, - Да нам со старухой такой закуски на целый месяц хватит!

- И тут же ноги свои протянете от пищевого отравления! - возразила скумбала, -  Потому что токсических веществ во мне, что на твоём вонючем бушлате пятен! А, если отпустишь, я любое твоё желание выполню+

 

Задумался старик. Дел интимных с бабами не имел уже лет двадцать. Со старухой, разве что в позапрошлом годе+так это и развратом не назовёшь, а так, умора одна. Вроде она и секс делает, а всё одно со своим воспитанием норовит: не туда, дескать, стручок лезешь, и не так, понимаешь, надо, а эдак...

 

- А водки с пивом и закуской, чтобы как в ресторации, можешь?! - робко спросил старик у диковинной рыбы.

- Да я всё могу+- томно ответила скумбала, и собралась уже, было, нырнуть обратно в Обводный канал, как вдруг, слышит у старика за спиной:

- А раз всё можешь, тогда гони лекарств нам бесплатных! - это, оказывается, старуха незаметно подкралась, - И не какого-нибудь там отечественного зелья, а импортного!

 

- Да всё, что хочешь! - воскликнула скумбала, - Только назови!

- А и назову! - отвечала старуха, - коэнзиму ку десять для сосудов, цитофлавину для мозгов, виагры для старого пердуна - это раз; бесплатное протезирование челюстей - это два;  путёвки в Анапу - это три!

- Да не фиг делать!

- Да! Чуть не забыла: полужёсткий корсет, памперсы и стельки ортопедические!

- А бутылку?! - заплакал старик.

- Ладно: старому дурню - бутылку "кедровой", и "Шёпот монаха" - для меня.

- И слова не услышишь, - ответила скумбала и нырнула в Обводный канал. Только её и видели.

 

Ну, что же, на следующий день сходили они в аптеку и получили лекарства. Затем в стоматологической поликлинике им повыдирали все зубы.

- Вот, шволочь, эта шкумбала, - ворчала старуха, - вшё наоборот шделала+

Однако вскоре их снова пригласили к протезисту, где поставили новые съёмные челюсти и посоветовали пользоваться кремом "корега", чтобы, понимаешь, твёрдое яблоко, как та повзрослевшая крепостная актриса в рекламе, в два счёта разгрызть.

 

Через месяц, между прочим, укатили они в Анапу, где пробыли три недели за государственный счёт.

- А стельки ортопедические так ни хрена и не выдали! - ругалась потом в собесе старуха, когда ей в торжественной обстановке вручали ордер на памперсы.

 

А старику в Анапе понравилось. Лежи себе на пляже целый день и за событьями наблюдай. А девки в Анапе все голосистые, а тётки - ляжкожопистые. В смысле водки, конечно, не очень, зато красное совсем дешёвое и продаётся на каждом углу. Пальмы да мальёрки вокруг. Одна такая трепетная, но разведённая мальёрка из города Задние Вятки всё клеилась к старику. Особенно тогда, когда старуха уходила на процедуры.

 

- Вы такой видный мужчина! - с придыханием говорила мальёрка, - Давайте с вами обменяемся адресами+

- Разве что нашу фабрику  вам показать+или Балтийский вокзал? - нервно позёвывая, отвечал старик.

- Ну, мало ли выйдет оказия, побывать у нас в Задних Вятках?! - мальёрка округляла глаза, - Знали бы вы, какой у нас краеведческий музэй! А какая в Задних Вятках окружающая среда? Просто-напросто чистейший озон в кислородном экстазе!

 

- Разве что по делам бизнеса+- важничал старик.

- А какой, извиняюсь, у вас бизнес? - не отставала мальёрка.

- Так+разное всякое. Забираем из недр многое такое+

- Не иначе, как из Газпрома! - шептала мальёрка своей подруге.

- Ой, или сдурела ты?!  - недоумевала подруга, - Где же ты видела газпромовского деятеля в Анапе? Они всё больше летом на Лазурном берегу, а зимой, так вообще - на Мальдивах. Это там, за кавказским хребтом+

- У богатых свои причуды и маленькие слабости, - не сдавалась трепетная мальёрка.

 

Когда старик со старухой вернулись домой, окрестности Обводного канала после Анапы показались им какими-то, уж очень, сирыми и убогими. На улице Шкапина кино про Берлин 45 года снимают. Дожили+

 

Короче говоря, пошёл опять старик на набережную, вероятно по мальёрке затосковал. А на Обводном канале ветер и волны. Настоящая мёртвая зыбь, хоть на доске под парусом гоняй среди презервативов. Закинул он бредень в первый раз - одни консервные банки; закинул во второй - окурки, дерьмо и полиэтиленовые авоськи; закинул в третий раз - есть, мелькнуло нечто, золотисто-рыжее. Не иначе - скумбала.

 

- Что тебе надобно, старый ты мудозвон? - томно спросила скумбала и в её словах отозвались тональности Задних Вяток.

- Хреновато мне, - ответил старик, - Настроение - хуже некуда, а на выпивку денег нет. Да и колбасит что-то со вчерашнего дня+

- Тебя, дурака, с пятидесятого года колбасит! -  над самым ухом у старика, словно ворона, гаркнула старуха, - А надобно нам зубные протезы новые. И не какую-то там пластмассовую дребедень, а металлокерамику! Полужёсткий корсет - это ты себе, знаешь куда засунь? Есть корсеты из шерсти собачьей, с лампасами! И ещё - путёвки на Канары, в пятизвёздочный отель!

 

- Я от вас офигиваю+- тихо произнесла скумбала юнтоловская, чешуйчато-склизкая.

А старуха продолжала:

- Пердуну старому, в сердечные сосуды распорку специальную, чтобы не задыхался, когда на чужих баб заглядывается.

- Стентирование, что ли? - уточнила скумбала.

- Во-во, тестирование. Наращивание мужского  достоинства - это мы ему потом сделаем, а сейчас, пускай хотя бы этим, какое имеется, научится управлять, как положено. А мне: подтяжку морды лица, живота и задницы. Да, и стельки ортопедические!

- А выпить?! - заплакал старик.

- Хрен с ним. Этому+ будущему половому гиганту - "русский стандарт", а мне - мартини и грильтфрукт!

 

Время - деньги, года - богатство+

Сделали старику операцию. Как и велела старуха, поставили распорки в сердечные сосуды, а заодно удалили геморроидальные узлы и пахово-мошоночные грыжи. Показали старика урологу, зубные протезы поменяли - это уж само собой, морщины пригладили, и стал он выглядеть очень даже и вполне мужественным, загорело-обветренным, словно атлантический рыбак  Ив Луи  Катманду. Даже дежурные тётки в красных шапках со станции "Технологический институт", что обычно сидят перед эскалатором за стеклом, храпят и пузыри пускают, стали на него поглядывать.

 

Старухе удалили все бородавки, даже на языке, и подтянули её так, что естественные отверстия тела у неё теперь не закрываются, как у резиновой бабы. Даже уши. А недавно её вообще по телевизору показали в специальной передаче про сельское хозяйство: "Из навоза - трюфель".

 

А старику на Канарах понравилось. И даже совсем не хуже, чем в Анапе. Правда, с водкой у них совсем там беда, - один бесплатный коньяк и какую-то текилу, - что-то вроде грузинской чачи, - на ужин с лимончиком подают. Зато красное - чуть ли не из водопроводного крана течёт. Недаром же говорят, что всё у них там включено. Даже, не поверите, женские бои в грязи, и те два раза показывали в натуральную величину. Старик от удовольствия прямо зажмуривался, представляя, как его старуха бьётся в глине с кладовщицей Райкой Утехиной из цеха готовых резиновых сапог+

 

Старуха, кстати, завела на Канарах себе инструктора, испанца по имени Орест Аристархович. У него ещё татуировка на тыльной стороне правой ладони была: "Привет родителям". А как же, чтобы всё как у людей. Они и на парашюте, и на водных лыжах, и с водной горки.

 

У старика же появилась очередная мальёрка под пальмой, правда теперь из районного центра Нижние Тайцы, Амалия Сидоровна, в совершенстве владевшая языком эсперанто. Кстати, она-то как раз старика в Пенаты свои не звала, и не приглашала, да и в общагу на Шкапина не напрашивалась, даже намёка на это не было. Сам хорош, плёл ей чего-то по пьянке про европейский уровень ямочного ремонта на Тележной улице и о том, что воду из Обводного скоро можно будет пить не разбавляя, как в Швеции.

 

Зато Амалия Сидоровна играла на баяне, носила широкополую шляпу с перьями, постоянно обмахивалась веером, даже ночью, и читала ему стихи её знакомой поэтессы Анны Ахматовны. И это каждый раз после того, как они ходили вдвоём слушать в пальмы соловья+Правда, впоследствии выяснилось, что под маской соловья скрывалась канарейка: это на языке эсперанто объяснил местный наряд полиции, шуганувший их однажды из кустов в момент слишком уж пылкого декламирования ямбов серебряного века+Так и сказали открытым текстом: "Могли бы и у себя в номере трахаться, а не нарушать раз и навсегда установленную тишину наших достопримечательностей!"

 

Казалось бы, живи и радуйся, наслаждайся тем, что нащупал. Как бы не так+

Едва приехали домой, снова наступила "треугольная" проза жизни, а поэзия Нижних Тайцев перешла в другое измерение. У старухи блёстки в глазах сразу куда-то пропали, остался лишь один открытый рот и раздутые синтетические губы, а у старика заломило суставы и начались проблемы с мочеиспусканием.

 

Прошло пару недель. Как-то ненастным утром, в субботу, ворчит старуха на старика.

- Ступай на Обводный. Попроси у этой долбанной скумбалы улучшения жилплощади.

- И бутылку "кедровой"? - робко добавил старик.

- Ступай+

 

Припёрся старик на Обводный. А там такие волны, что мама не горюй! Через парапет набережной перекатывают, и мутные брызги во все стороны. Коряги, пластиковые бутылки, презервативы и жестяные банки вместе с волнами о серый камень так и бьют, так и бьют. И ветер свищет. С ног сшибает и в Обводный канал окунуть норовит. Старик два раза падал, но поднимался. Какая-нибудь шальная птица, ворона, голубь, или воробей, едва ли и долетели бы до середины Обводного канал. Такое сильное было в тот день штормовое предупреждение!

 

Закинул старик невод. Только потянул на себя, как тут же окатило его нечистотами с ног до головы, а на седых волосах обрывок газеты "Из рук в руки" застрял. Вытянул он бредень, а там скумбала, но какая-то квёлая, похоже, волною о парапет набережной двинутая. Однако в сознании, и говорит тихим голосом:

- Ну, и достали же вы меня, придурки+

 

Не успел старик высказаться о своих предпочтениях, как опередила его старуха.

Торопится, перетянутым ртом открытым окает:

- Желаю этого, улучшения жилплощади! Ведь что же получается? Все люди, как люди, а я, словно адмиралтейская елда на блюде? Желаю иметь постоянные апартаменты в "Белых ночах" и квартиру на Крестовском острове! Да, и ещё недвижимость на Канарах и в Греции. Чтобы, понимаешь, глава местной администрации была у меня там личной маникюршей, а сам Чубайс в спальне свет выключал!

- А ху-ху не хо-хо? - вяло спросила скумбала.

 

- Желаю, чтобы сиськи у меня стали как у певицы Наташки Королёвой, а старый мудель превратился бы в Тарзана и бегал вокруг меня в белом исподнем, как инструктор-испанец Орест Аристархович! И надпись: "Привет родителям", чтобы у него на причинном месте была! И чтобы из крана текло шампанское "клико", а я всё время лежала бы на оттоманке, играла на баяне, обмахивалась веером и декламировала наизусть поэтессу Анну Ахматовну!

 

Ничего не сказала золотистая скумбала юнтоловская, чешуйчато-склизкая, североатлантическая. Покрутила только плавником у жабры, прыгнула в бушующие волны Обводного канала, да и с концами+

И вдруг началось такое цунами, что из канализационных люков выбило крышки и вырвавшиеся фекалии затопили все красноармейские улицы, на фабрике "Красный треугольник" возник пожар и сгорели все презервативы, силиконовые груди и фалоимитаторы. Не пострадали только галоши и готовые  резиновые сапоги вместе с кладовщицей Райкой Утехиной. На улице Шкапина рухнул дом, а следом за ним, рухнула типовая рабочая общага на Обводном.

Вот тебе и апартаменты+

 

Живут теперь старик со старухой на Пряжке, в сумасшедшем доме.

А старику на Пряжке понравилось. Питание трёхразовое: на завтрак творожная запеканка или рисовая каша, на ужин - отварной хек, два раза в неделю мясные котлеты, и хлеба - сколько хочешь.

 

Старуха всё рвётся на процедуры, требует массаж и высококвалифицированного индивидуального инструктора физкультуры. Желательно из Испании. Но процедуры в сумасшедшем доме одни - трудотерапия: утром клеят конверты, после обеда - коробочки.

 

А ведь и то сказать, воздух на Пряжке неплохой, обогащённый трубами Адмиралтейских верфей. Водица - не такая как в Швеции, но, несомненно, почище будет, чем в Обводном канале, поэтому уклейка в ней водится, окушки, ерши и подъёршики.

 

Один раз попалась старику какая-то непонятная рыба: один бок у неё серебристый, а другой - золотистый и чешуйчато-склизкий. Как старик не матерился, человеческим голосом она так ничего и не сказала, круглые свои глазки только всё строила, а знающие люди из соседней палаты объяснили, что это - оккервильская вобля, рыба достаточно редкая, но кошки её не едят+

 

 

 

Писатель в паутине

 

Валерий Сафронов

 

Подморозов закончил работу с черновиком. Слегка прищурив глаза, он придирчиво взглянул на только что сочинённую миниатюру, затем удовлетворённо хмыкнул, скопировал текст и опубликовал на сайте "Неопознанный талант" под рубрикой философская лирика:                         

 

"В содружестве угля и водорода дала начало жизни вдруг природа+"

 

С некоторых пор Подморозов перестал публиковать в паутине рассказы и новеллы. Всё равно, их никто не читал. То ли дело, одно и двустишья. Ведь краткость, не только сестра неопознанного таланта, но, как известно, ещё его бабушка и мать.

 

Странно, отзывов долгое время не было, правда, читатели вроде и заглядывали к сочинителю на страницу, но как-то вяло.

Хотя, какие же это были читатели? Хм+такие же, как и он, писатели.

К примеру, Летучая Скалярия, или Пьяная Роза. Они более всех писали Подморозову отзывы, впрочем, как и он, им.

Зато сам Подморозов третий год творил под псевдонимом Листок Календаря.

Ведь "Лист" звучало бы слишком самонадеянно (тоже мне, Ференц Лист), а Листок было в самый раз.

 

Писатель вышел на кухню, и, прикурив сигарету от горящей газовой конфорки, налил себе чаю. В ту же секунду раздался телефонный звонок.

 

"Ну, вот и первый отзыв!" - вздохнув, подумал он, правда, тут же опомнился,

- "Какой может быть отзыв от городского телефона?!" - и снял трубку.

 

Звонила его жена.

 

- Подморозов, ты не забыл, что тебе надо быть в жэке ?!

- К какому Жеке?.. - не понял писатель.

 

- Подморозов, ты уже совсем рехнулся со своим интернетом?! Ты должен быть в нашем ЖЭКе+ в квартире со вчерашнего дня протекает фановая труба, и нижние соседи уже два раза приходили к нам жаловаться, с угрозами! Я вчера оставила заявку, а ты должен сегодня привести в дом сантехника.

 

- Привести в дом сантехника+ - усмехнулся Подморозов, - Привести в дом можно друзей, собутыльников. В конце концов, в дом можно привести молодую жену+

- Размечтался!

- Да это я так, в образном смысле+

- Послушай меня, образина:  если ты сегодня не найдёшь сантехника, я к едрене-фене отключу интернет. Уж я тебе обещаю!

- Ну, что ты, что ты+я ведь уже бегу.

 

- Из какой квартиры? - спросила его сонная сорокалетняя девушка инженер из ЖЭКа, перебирая бумажки с заявками, - Как вы сказали, Отморозов?

- Не столько "от", сколько "под"+Под-мо-ро-зов.

 

- А+вот нашла. Сантехник придёт к вам в пятницу в 10 утра.

- Позвольте, но ведь сегодня только вторник?! Как же нам до пятницы без воды, ведь аварийная ещё вчера всё перекрыла?!

- К сожалению, ничем не могу помочь. У нас, в сухом остатке, вообще сейчас только два специалиста. Что им разорваться?!

 

- Что значит, в сухом остатке? - вздрогнул Подморозов.

-А то и значит, что всего их должно быть пять. Но! Один специалист на больничном, второй в запое, а третий - так вообще, на курсах повышения квалификации. Всего, стало быть, в сухом остатке, остаётся два+

 

Подморозов побледнел, приходя в негодование, затем обстоятельно высказался по матушке. Правда, как интеллигентный человек, высказался про себя.

 

"Учительница химии какая-то, а не инженер ЖЭКа", - подумал он, выходя на улицу, - "Пусть ещё расскажет мне про свободную валентность!"

 

Однако же, надо было чего-то предпринимать, приступать, что называется, к разумным действиям. Но Подморозов так ничего и не предпринял, а отправился домой, где едва скинув куртку, тут же уселся возле компьютера.

 

За время его отсутствия пришло два отзыва. Первый был от Пьяной Розы: "Сногсшибательно! Отчаянно! Загадочно+" Зато второй от незнакомого автора, выступающего под ником Барабан Судьбы: "Хрень какую-то вы написали, господин Помятый Клозетный Листок. Как говорится, ни уму, ни сердцу, ни условному, ни безусловному рефлексу!"

 

Подморозов хотел уже, было ответить обидчику в том духе, что сам ты, товарищ Барабан, не из кожи буйвола, а из трусов циркового слона сделанный! Но тут опять зазвонил телефон.

 

- Договорился на счёт сантехника?

- Да, договорился. Их сиятельства сказали, что оне будут у нас в пятницу.

 

- Так, Подморозов+ты надо мной издеваешься? В какую святую пятницу? Ты там, что, совсем уже бредишь со своим компьютером?!

- Ну, а я-то что могу?

- Иди, и договаривайся. И чтоб сантехник был сегодня же! Иначе, я даже уже и не знаю, что сделаю+

 

Подморозов опять вышел во двор, и присев на лавочке, достал сигареты.

 

- Здагово, писатель-Хэмингуэль! Всё отдохновения ждёшь?! - раздалось за спиной, и Подморозов узнал голос своего бывшего одноклассника Ваейки, похоже, с раннего утра уже бывшего под лёгким шефе.

 

Ваейка непонятно, где работал, и неизвестно, чем занимался, зато всегда считался обладателем острого ума и сноровистых рук. Любимой поговоркой у него была такая: "Всё это хегня! Глаза боятся, а гуки делают!" Кроме всего прочего, был простым и лёгким мужиком, никогда не обижавшимся на своё детское прозвище.

 

- Привет, Ваейка! - обрадовался Подморозов, - Тебя же мне сам бог послал!

- По втогникам не подаю...

- Понимаешь, какая проблема, у нас пробило фановую трубу, воду перекрыли, а сантехника обещали только в пятницу.

- Хе! Хэмингуэль-пгогок, а в ЖЭКе договогиться не смог.

- Да там сидит какая-то крашеная грымза, по виду бывшая учительница химии.

- Что ещё за ггымза? Надька, что ли? Так она училась на три класса младше нас. А ну пошли.

 

- Ну, ничего не могу сделать! - замахала руками Надя-инженер, - У нас ведь район старый, а сантехников не хватает.

- Да нам и не нужен твой сантехник, - уговаривал её  Ваейка, - ты только включи на минуту воду, мы посмотрим, где на фановой трубе дырка, и сами всё сделаем.

- Без специалиста не могу.

- Надя, ведь ты же меня знаешь, одна нога здесь, дгугая там.

- Уж я-то тебя знаю+

 

- Наденька+- загадочно произнёс Подморозов, и опустился на одно колено, - Одно слово, и вся вселенная будет у ваших ног!

 

Надя прыснула со смеху, и сжалилась.

- Вот ключи от подвала, но только давайте по-быстрому.

 

Они сходили в подвал, отвернули у стояка вентиль, а затем поднялись к Подморозову в квартиру, где Ваейка полазал с фонариком возле фановой трубы и, обнаружив трещину, обвёл мелом.

 

- Тепегь, можно будет поставить хомут, а после пгидут сантехники и завагят.

Хотя, может, и так пгостоит, потому что летом будут менять все стояки на металлопластик.

 

Хомут, под который подложили плотный кусок резины, Подморозов ставил уже сам, но под чутким руководством Ваейки.

- Не так отвёгтку дегжишь, писатель. Смотги, весь хомут пегекосоёбило! Всё, пошли воду вгубать.

 

Пока проверялась надёжность хомута, Подморозов с Ваейкой выпили по две рюмки "Кенигсберского", остававшегося ещё с нового года.

 

- Надёжная констгукция, - проверив трубу, сказал Ваейка, - Можно ключи возвгащать.

 

В этот момент раздался звонок, но уже не телефонный, а из домофона.

- Ну, как у вас дела? Всё сделали? - это была инженер Надя.

- Ну, да! - ответил Подморозов.

- Я зайду, проверю+

 

Надя осмотрела фановую трубу, затем сказала:

- Какие же вы молодцы, мужички, сами всё и починили.

- Глаза боятся, а гуки делают.

- Если б не вы с Ваейкой+- Подморозов поднял вверх большой палец, - А давайте я кофе сварю?

- У меня есть буквально полчаса.

- Хм, кофе+- протянул Ваейка.

- Не переживай, найдём чего и покрепче.

 

- Как же всё вышло здорово и хорошо! - сказал охмелевший и счастливый Подморозов, - Встретились, одношкольники. Надо бы по чаще так встречаться! А то только и видимся, что по случаю.

- Летом будет плановая замена фановых труб, так что ваше сооружение вполне до этой замены простоит, - сказала Надя, прихлёбывая кофеёк, - Хотя, лучше всё же заварить эту трубу, от греха подальше. В пятницу и заварим.

 

- Послушайте, Наденька, - тоном Володеньки, спросил Подморозов, - Вы, вероятно, раньше преподавали химию, коль скоро так грамотно рассказали мне про сухой остаток?

- Да никогда я химию не преподавала, а закончила искусствоведческий факультет института Культуры.

- Так выпьем же за культугное обслуживание жильцов нашего микгогайона!

- Во как+

 

Затем они отправились курить на балкон, а когда возвращались, Надя бросила взгляд на экран компьютера и вскинула брови:

- Листок Календаря - это кто?!

- А это наш гегой-писатель-сказитель.

- Да+это так, баловство, детское увлечение. Шалости умалишённого+

 

- Так значит, Листок Календаря - это вы?!

- Вообще-то, идиотский псевдоним. Надо будет его сменить, к примеру, на Пятидесятилетний Шторм+

- Ну-ну+

- Что значит, "ну-ну"? Позвольте, а вы-то кто?

А я+- Надя смутилась и покраснела, - А я - Летучая Скалярия+

 

Онемев, Подморозов присел на диван, и только, когда пришёл в себя, схватился за компьютерную мышь и удалил своё последнее бессмертное творение, а заодно и оба, противоречащих друг другу, отзыва.

 

Затем вместе с Ваейкой они вышли проводить Надю до дверей ЖЭКа.

- Эх, ты - писатель, а весь в паутине! - засмеялась Надя, стряхивая паутину и пыль с куртки Подморозова.

- А это я, наверное, в подвале вымазался, когда мы с Ваейкой вентиль откручивали+

- Ну, пока, красавцы! Не напивайтесь только, чмоки+

Новости


06.07.21 

29.07.21 

27.08.21 

10.09.21 

18.10.21 

 


Идёт формирование № 134
(в предновогоднем оформлении)
Примерная дата отправки в печать - начало декабря.


ФОРУМ

журнала «Три Желания»

 

 

Избранное - 2

Итоги здесь

 

Подведены итоги конкурса 2009 г. для спецвыпусков. Проза и поэзия.

 

Рецензия на сборник «Трижелания. Избранное» в журнале «Дети Ра» 

Архив · Редакция · Спецвыпуск. Проза · Спецвыпуск. Поэзия · ИЗДАТЬ КНИГУ · О проекте
ВебСтолица.РУ: создай свой бесплатный сайт!  | Пожаловаться  
Движок: Amiro CMS