|
Мирослава
По ту сторону света
В К.Б. института «ЭНЕРГОПРОЕКТ» царило обычное предвыходное оживление. Пятница всегда негласно считалась коротким днём. После обеда, как правило, все работы сворачивались, и в помещёнии царила атмосфера зала ожидания. Выдавшаяся необычайно тёплая для начала апреля погода усиливала желание поскорее вырваться на свободу. А предвкушение приятных выходных поднимало настроение.
Инженер-конструктор Виктор Степанович, страстный рыболов, договаривался с сослуживцами, такими же любителями рыбалки, о поездке в выходные дни на их прикормленное место, где они обычно ловили рыбу.
– Опасно ходите, Виктор Степанович! – попыталась остановить его одна из сотрудниц по имени Наташа, молодая, симпатичная женщина, которую все знали как верующую.
– А в чём, собственно, дело? – оторопел от неожиданного замечания Виктор Степанович.
– Так ведь праздник же – «Благовещёние», птичка гнезда не вьёт, девица косы не плетёт!
– Но мы ведь не огород копать едем, а рыбу ловить – удовольствие получать! – недоумённо заметил Виктор Степанович. – И потом, я хоть и крещённый бабушкой в детстве, но во всё это не верю! Думаю, что попы просто морочат людям головы всякими предрассудками.
– Ну, это вы напрасно так думаете, – возмутилась Наташа. – Я, конечно, не собираюсь вас ни в чём переубеждать, но на вашем месте я бы воздержалась от подобных высказываний, ведь если вы во что-то не верите, то это совсем не означает, что предмет веры не существует на самом деле! Да и вера на пустом месте не рождается – чаще всего тогда, когда с человеком происходит что-нибудь особенное.
– Смею вас заверить, что со мной ничего такого не произойдёт! И давайте больше не будем об этом! – поставил точку в разговоре Виктор Степанович.
Наташа пожала плечами и отвернулась к кульману, продолжая откреплять чертежи.
Виктор Степанович хотя и не собирался реагировать на подобные замечания, но оптимизма у него явно поубавилось, да и настроение было подпорчено. Ну не отменять же из-за этого рыбалку, думал он, досадуя на Наташу, тем более что погода так благоволит. Однако, несмотря на твёрдое решение ехать, в душе Виктора Степановича поселилось некоторое беспокойство. И вскоре он понял почему. Взглянув на своих товарищей, Виктор Степанович обнаружил, что имевший место разговор не прошёл для них бесследно, и предостережение Наташи подействовало на его друзей магически. Одного взгляда на них было достаточно, чтобы понять: на рыбалку ему придётся ехать одному.
Домой Виктор Степанович возвращался не в лучшем расположении духа. Он расстраивался из-за неожиданно рухнувших планов и предстоящего одиночества на рыбалке, досадовал на Наташу и на «предавших» его товарищей. Даже прекрасная погода не могла ничего изменить в его душе.
Ужинал Виктор Степанович молча, без особого аппетита. Жена, видя его дурное настроение, также сделала неудачную попытку отговорить мужа от поездки, чем только подлила масла в огонь. Выскочив из-за стола, он схватил свои рыболовные принадлежности и быстро выбежал из квартиры. Жена едва успела сунуть ему в рюкзак походный сухой паёк.
На улице Виктор Степанович сел в свою старенькую «Оку», нервно завел её и резко рванул с места, как бы пытаясь поскорее освободиться от городской суеты, доставляющей ему одни неприятности.
Прибыв на место, Виктор Степанович развёл костер, но сидеть у огня в одиночестве было скучно и не интересно. Очень хотелось пить (он любил чай с дымком, приготовленный на костре), но котелок впопыхах был забыт, и пришлось соображать, чем можно его заменить. Вынув хлеб из целлофанового пакета, он налил в него до половины воды и, зажав остальную часть пакета в руке, стал держать над костром. Через несколько минут вода благополучно закипела. Напившись чаю, рыболов разбросал угли и присыпал их песком. Сверху постелил спальный мешок, а затем, забравшись в него, стал смотреть на звёздное небо. Мириады мирно мерцающих звёзд подействовали на него успокаивающе. К тому же, приятное тепло от углей, согревающее спину, расслабляло, располагая ко сну. Вскоре мужское похрапывание разнеслось по окрестности.
Утром, едва первые лучи солнца озарили небо, Виктор Степанович проснулся, как по команде. Достав из рюкзака прикормку и прихватив удочки, он спустился к воде. Разбросав корм вокруг «своего» места, он стал аккуратно разматывать леску, поставил закидушки и стал ждать. Вдруг как-то сразу похолодало. Неизвестно откуда налетел сильный порывистый ветер, и по небу поползли свинцовые тучи. Погода не предвещала ничего хорошего. Казалось, ещё немного и пойдёт снег или град. Но почему-то сверкнула молния, и раздался гром. Резкие порывы ветра принесли первые капли дождя. Осознав, что рыбалка не удалась, Виктор Степанович стал собирать снасти. Вдруг прямо перед ним ударила молния. Его ослепило и опрокинуло на землю. Он потерял сознание.
…Виктор Степанович открыл глаза. Вокруг было темно, как ночью. Перед ним стоял кто-то, похожий на мужчину, одетый в длинный чёрный, развевающийся на ветру плащ. Но темнота не позволяла его разглядеть.
– Я умер? – первое, что пришло в голову, спросил Виктор Степанович у неизвестного.
– К сожалению, нет! – прозвучал неожиданный ответ.
– Почему «к сожалению»? – удивился Виктор Степанович. – Видимо, необычный ответ незнакомца вызвал у него какие-то подозрения, потому что он следом спросил: – А где я?
– На том Свете! – последовал ещё более неожиданный ответ.
– Значит, я всё-таки умер? – спросил Виктор Степанович с надеждой в голосе, которому хотелось уже как-то поскорее определиться.
– Да нет же, к сожалению! – раздражённо настаивал неизвестный.
– А вы кто? – Виктор Степанович решил, наконец, выяснить, с кем он разговаривает: уж очень необычный получался диалог.
– Я? Падший ангел, – сказал собеседник и дико рассмеялся.
Виктору Степановичу стало не по себе от этого ужасного хохота. Он в жизни не слышал ничего подобного, и ему никогда не было так страшно!
– Что, испугался? – злорадно спросил падший ангел. – Тебе нечего бояться. Я хотел взять твою душу, но Он мне не позволил!
– Кто это – Он? – не успев спросить, Виктор Степанович уже догадался, какой последует ответ, и не ошибся.
– Бог, конечно! – пояснил падший ангел.
– А где Он?
– Кто?
– Ну, Бог!?
– На Небесах.
– А где это?
– Там, где Вечный Свет.
– А сейчас что – ночь? – последнее, что оставалось в памяти Виктора Степановича, было утро, и он никак не мог понять, почему так темно.
– Нет, сейчас день. Но пока ты находишься по ту сторону Света, тебя окружает тьма духовная. После того как люди совершили грех, Земля погрузилась в духовную тьму, но люди её не видят, так как потеряли духовное зрение. Физический свет заменил им Свет духовный, но они даже не осознают своей слепоты!
– Я что, так и буду теперь в темноте жить?! – Виктора Степановича такая перспектива совсем не радовала.
– Да нет! Но духовное зрение у тебя останется! И ты многое будешь видеть того, что для других недоступно.
– А почему ты такой чёрный, я никак не могу тебя разглядеть?
– Ты не должен меня видеть, иначе умрешь от страха.
– Так ты чёрт, что ли?! – страшная догадка осенила Виктора Степановича.
– Сам ты чёрт! – обижено ответил падший ангел. – Я князь мира сего падшего, князь тьмы!
– А черти тогда кто?
– Это слуги мои – падшие ангелы!
– Понятно, – многозначительно произнес Виктор Степанович.
– Да что тебе понятно?! Ты Библию не читал, что тебе может быть понятно?!
Виктор Степанович даже опешил от такого внезапного поворота разговора. К тому же, он действительно не читал Библию.
– Так и быть, могу для тебя ликбез провести. Хочешь? – поступило предложение от падшего ангела.
Виктор Степанович от неожиданности молчал, соображая, что ответить. И, наконец, решился.
– Да, не мешало бы.
– Так слушай. Когда Он Творил, то сначала Он сотворил Ангельский мир – целую иерархию Ангелов. А меня поставил начальником над всеми Ангелами. Я был так красив и умён, что вполне мог бы стать Царём мира. Многие Ангелы были от меня без ума! Но Он открыл мне, что Царём мира будет Его Сын Иисус Христос, который искупит грех людей. Я не смог расстаться с мечтой о царской власти и воспротивился Ему. И тогда Он отнял от меня Свой Свет! И я оказался во тьме, с преданными мне ангелами.
Голос собеседника дрогнул. Виктору Степановичу даже показалось, что он заплакал. Некоторое время падший ангел молчал. А когда снова заговорил, от слёз не осталось и следа. А вместо них в голосе появилась ядовитая зависть и безграничная ненависть.
– Я видел, как люди блаженствуют в Раю, и как Он радуется о них! Я не мог этого вынести и поэтому научил их греху! И как только они послушали меня и согрешили, вкусив запретный плод, так сразу оказались там же, где и я! И теперь я их царь, а они рабы мои! Того, чего лишил меня Он, я добился сам, своим умом!
Виктор Степанович хотя и не видел рассказчика, но по приторно-елейному голосу догадался, какое гордое выражение он имел в эту минуту. Падший Ангел немного помолчал и продолжил:
– Правда, за то, что я соблазнил людей, Он осудил меня на вечные мучения, и тогда я поклялся отомстить Ему: погубить всех людей – детей Божьих, – в его голосе снова появился металлический оттенок ненависти. – Теперь за каждую душу идёт невидимая борьба. И мы, благодаря тому, что невидимы, побеждаем чаще, чем проигрываем! Люди не видят нас и поэтому не верят, что мы существуем, и это нам на руку! Это наше главное оружие! Мы незаметно подходим к ним и внушаем дурные мысли, чтобы они совершали поступки, неугодные Богу и несовместимые с Раем. А творили зло, угодное нам и достойное ада. Одним словом, чтобы люди не были рабами Божьими, а были моими рабами. Как говорится: «Чей ты раб, тот твой и господин, где господин, там и раб его»! Соблазнить всех людей на грех и тем самым обречь их с собой на вечные муки стало единственной моей целью и смыслом существования! День и ночь в поте лица мы трудимся, чтобы осуществить наши планы, придумываем уловки и плетём сети, чтобы поймать в них вас – людей! Это мы придумали технократию и ввергли вас в погоню за материальными благами цивилизации, чтобы вы забыли об истинных – духовных – ценностях в погоне за миражами! Это мы насадили культ денег, вещизма, сомнительных идеалов и удовольствий! Мы ввергли вас в пучину страстей и пороков! Вы пошли за нами и стали похожи на нас! Как и мы, вы стали гордыми и непримиримыми, завистливыми и ненасытными, злыми и мстительными! Вы быстро пополняете наши ряды! Мы многого достигли, но не всего! Есть ещё упрямцы, которые сопротивляются нам, но скоро наступит последняя схватка, в которой мы победим всех! Для этого у меня есть гениальный план! Но я умолчу о нём.
Виктор Степанович, хотя и слушал князя тьмы, но с большим трудом понимал происходящее. То ему казалось, что всё это он видит во сне, то, как будто он бредит, то он вдруг отчётливо начинал осознавать реальность происходящего с ним. И тогда ему становилось не по себе. Ведь то, что он всегда так упорно отрицал, теперь предстояло перед ним явно, и очевидно! Его состояние было похоже на состояние человека, оказавшегося вдруг между небом и землёй. Вроде бы жив и вроде бы нет! Он даже не пытался анализировать всё виденное и слышанное. И только отметил про себя, что оно буквально врезается ему в память так, что забыть ему это не удастся уже никогда.
– Ну что, всё понятно? Вопросы есть? – вывел Виктора Степановича из задумчивости князь тьмы.
– Да нет, вроде бы всё ясно, – неуверенно ответил Виктор Степанович
– Тогда прощай! – сказал князь и мгновенно исчез. Вместе с ним испарилась и тьма.
Виктор Степанович обнаружил, что лежит на земле и над ним простирается бездонное голубое небо, по которому медленно плывут редкие облака, иногда заслоняющие собой ярко сияющее солнце. Никогда прежде он не чувствовал его таким до боли родным и близким! И никогда не испытывал такого восторга от встречи с ним! Поистине – ценим, когда теряем!
Нежась под ласковыми солнечными лучами, Виктору Степановичу совсем не хотелось думать о недавнем происшествии, тем более что в свете яркого солнечного дня оно казалось ему нереальным призраком кошмарного сновидения. «Вот тебе, бабушка, и Юрьев день!» – только и подумал он, вспоминая предостережения Наташи.
Виктор Степанович приподнялся и сел. Затем огляделся вокруг, как бы ещё раз удостоверяясь, что вернулся обратно. Увидев свои вещи, он улыбнулся от счастья. Попытавшись встать, обнаружил, что у него кружится голова. Полежав ещё немного, он всё-таки встал и кое-как собрался домой. Он с трудом вёл машину, так что его даже остановил гаишник, но, не почувствовав запаха спиртного, отпустил без экспертизы. Едва добравшись до своей постели, горе-рыболов рухнул в неё и уснул, как мёртвый, и проспал целые сутки.
В понедельник утром Виктор Степанович, как всегда, отправился на работу. Он сел на рейсовый автобус, который из-за раннего утра был полупустым. Выбрав место у окна, стал смотреть в него.
На одной из остановок вошло сразу много народу, и свободные места заполнились. Вдруг резкий запах спиртного неприятно ударил в нос Виктору Степановичу. Он оторвался от окна, ища источник возникшего дискомфорта. Напротив него, наискосок, полулежал на сиденье в стельку пьяный молодой человек, видимо, возвращавшийся домой после бурной ночной попойки. Виктор Степанович взглянул на него и остолбенел. Огромный зелёный змей обвивал пьяного с головы до ног! Змей был живой, потому что шевелился! Уловив на себе взгляд застывшего от ужаса Виктора Степановича, змей поднял голову, высунул длинный, раздвоенный на конце язык, как бы ощупывая жертву, а затем всем своим змеиным телом потянулся в его сторону. Виктор Степанович замер. К счастью, автобус, наехавший на дорожную яму, изрядно встряхнуло, и молодой человек проснулся. Почувствовав это, змей быстро вернулся обратно, чтобы крепче обвить несчастного. Это спасло Виктора Степановича. Улучив удобный момент, он молниеносно вскочил с места и, перебежав к двери, прижался к ней спиной. Не выпуская змея из виду, Виктор Степанович с отчаянным криком: «Откройте, скорей, откройте!» – стал изо всех сил бить ногой в дверь.
Пассажиры начали громко возмущаться, кто-то назвал его сумасшедшим, а кто-то даже предложил вызвать милицию.
Виктору Степановичу повезло, так как вскоре автобус остановился. Выскочив на остановке, он облегчённо вздохнул и дальше пошёл пешком, не решаясь более пользоваться общественным транспортом.
На работу в этот день Виктор Степанович опоздал, что случилось с ним впервые за двадцать лет! Он постарался незаметно пробраться на своё место, чтобы избежать лишних вопросов. Но словно поджидавшая его Наташа сразу заметила появление Виктора Степановича и, будто догадываясь о происшествии на рыбалке, заинтересованно спросила:
– Ну что, много рыбы наловили?
– Да нет, – растерянно ответил он.
Его товарищи по рыбалке, видимо, чувствуя свою вину, старались не попадаться ему на глаза.
– Какой-то вы сегодня странный! – заметила Наташа.
Виктор Степанович, боясь продолжения расспросов, стал сосредоточенно разглядывать чертежи. Он старался ни о чём не думать, и целиком погрузился в работу. В отделе было тихо, никто не разговаривал, лишь из репродуктора еле слышно доносилась лёгкая музыка. Прошло почти два часа, когда Виктор Степанович услышал звук отворяющейся в отдел двери. Он оторвался от чертежей, чтобы посмотреть, кто вошёл, и застыл на месте! От двери отделилось нечто, с огромными ушами, очень похожее на чебурашку! Существо медленно продвигалось в сторону молодого инженера, сосредоточенно работающего за кульманом.
– Началось! – еле слышно прошептал Виктор Степанович.
Существо подошло вплотную к инженеру и что-то шепнуло ему на ухо. Тот отложил карандаш, порылся в кармане куртки и, достав пачку сигарет, вслед за существом отправился курить. Со стороны было понятно, что «чебурашку» он не видит, но, несмотря на это, беспрекословно подчиняется ей! Виктор Степанович хотя и был некурящий, но раздираемый любопытством, решил последовать за ними, чтобы посмотреть, что будет дальше.
Инженер подошёл к отведенному для курения месту и закурил. Виктор Степанович приблизился к нему под видом обсуждения нового проектного задания, но разговора не получилось. То, что он увидел, лишило его дара речи. Пристроившееся позади инженера существо после каждой затяжки втягивало в себя отравляющую лёгкие чёрную субстанцию табачного яда, будто питалось ею, и с каждой затяжкой уши его распухали и становились всё больше и больше! Насытившись вдоволь, существо к концу курения удалилось с распухшими до невероятных размеров ушами!
Виктор Степанович очнулся оттого, что инженер тряс его, пытаясь понять, что с ним случилось.
– Что с вами, Виктор Степанович!? – испугано спрашивал он застывшего на месте конструктора.
Придя в себя, Виктор Степанович сослался на плохое самочувствие.
– Может быть вам «скорую» вызвать? – участливо спросил инженер.
– Нет, нет, ни в коем случае! – забеспокоился Виктор Степанович. – Мне уже лучше!
Вернувшись на рабочее место, он понял, что сегодня уже больше не сможет работать. Сильнейшие потрясения от увиденного за одно только утро окончательно выбили его из колеи. Сославшись на плохое самочувствие, Виктор Степанович отправился домой. По дороге он зашёл в винную лавку, ему очень хотелось чего-нибудь выпить, чтобы хоть как-то забыться. Но, вспомнив зелёного змея, Виктор Степанович с отвращением покинул магазин. «Ну, если нельзя забыться, то надо хотя бы попытаться уснуть!» – подумал он и отправился домой спать.
На следующий день Виктор Степанович добрался до работы благополучно. Он уже спокойно реагировал на ушастых существ, которые ходили вслед за курящими. Но его ожидал новый сюрприз! После обеда, не успел он начать работу, как вдруг будто из преисподней раздавшийся голос «Мяса хочу!» заставил его обернуться. Он увидел, как огромное лохматое обезьяноподобное существо отделилось от Наташи и, пройдя через весь отдел, исчезло в противоположной стене. Оглядевшись по сторонам, Виктор Степанович убедился, что, кроме него, никто ничего не видел и не слышал: все спокойно работали на своих местах. Он, хотя и привыкал понемногу к подобным явлениям, но это зрелище было явно не для слабонервных! Вот только он не вполне понял, что это было?!
Любопытство взяло верх, и он, преодолев себя, решился подойти с вопросом к Наташе.
– Простите, Наташа, а вы что, мясо не едите? – испытывая неловкость от своего любопытства, спросил Виктор Степанович.
– Сейчас нет! – удивлённая вопросом, ответила Наташа.
– А можно поинтересоваться, почему? – сделал он ещё одну попытку докопаться до истины.
– Так ведь Пост же идёт Великий!
– А что, в пост мясо нельзя есть? – осторожно спросил Виктор Степанович.
– Конечно, нет! – возмутилась Наташа.
– Тогда понятно! – неожиданно произнёс он мысли вслух.
– Что понятно? – заинтересовалась Наташа.
– Да нет, это я так, – поспешил выкрутиться Виктор Степанович, и, извинившись за беспокойство, отправился работать.
«Да, так меня надолго не хватит, – тупо уставившись в чертежи, подумал он. Столько адреналина не найдётся даже у молодых! А я, как никак, без пяти минут пенсионер! У меня сердце больное! Такой стресс-прессинг явно не для меня! И за что мне всё это?! Из-за этих чертей даже работа в голову не идёт!»
Виктор Степанович с досадой собрал чертежи. Надо развеяться, решил он и, объявив сослуживцам, что отправляется на объект к заказчику, уехал.
Однако заказчика он не застал. На объекте был только сторож, который, как выяснилось, имел смутное представление о месте расположения предполагаемой подстанции. К тому же, изъясняться со сторожем оказалось достаточно сложно из-за его словарного запаса, состоящего из одних только непристойных выражений. Когда сторож открывал рот, чтобы в очередной раз выразиться, Виктор Степанович видел, что за его язык, весь обмотанный верёвкой, конец которой уходил в землю, каждый раз под землей кто-то дёргал.
Виктора Степановича это забавляло, и впервые за последние дни он развеселился.
С работы Виктор Степанович вернулся в хорошем настроении, у него даже появился аппетит, и он сильно проголодался. В результате последних событий он совсем потерял аппетит и ел машинально, не обращая внимания на еду. Но сегодня ему захотелось съесть чего-нибудь вкусненького. Жена, обрадовавшись таким приятным переменам в настроении мужа, отварила его любимых домашних пельменей. Переодевшись и вымыв руки, Виктор Степанович уселся за стол, предвкушая приятный ужин. Жена выложила готовые пельмени на тарелку и поставила её перед мужем. Виктор Степанович взял вилку и, готовясь пустить её в ход, опустил взгляд на еду. Не дойдя до пельменей, вилка повисла в воздухе. Сквозь пар, поднимающийся от пельменей, Виктор Степанович совершенно отчётливо увидел множество копошащихся в них червей!
– Что это?! – брезгливо вскрикнул он, отпрянув от стола.
Прибежавшая на крик жена посмотрела в тарелку и недоуменно констатировала:
– Пельмени!
– Пельмени?! А черви – что, приправа к ним?!
Жена взяла в руки тарелку с пельменями и поднесла её к глазам. Не увидев там ничего особенного, она как-то странно посмотрела на мужа. Поставив тарелку на место, она приложила руку к его лбу. Убедившись, что у мужа нормальная температура, она медленно опустилась на стул, подумав о худшем.
Не обращая внимания на жену, Виктор Степанович пытался осмыслить происшедшее. Вспомнив о духовном зрении, он стал лихорадочно соображать: почему в его тарелке оказались черви. И вдруг его осенило! Он вспомнил слова Наташи о том, что в Великий Пост нельзя есть мясо! Это обстоятельство хоть как-то проливало свет на случившееся. Виктор Степанович встал из-за стола, есть ему окончательно расхотелось. Обречённо вздохнув, он отправился спать.
Всю ночь на голодный желудок Виктору Степановичу снилась еда. Ему страшно хотелось есть. Но когда он брал еду в руки, она мгновенно становилась непригодной к употреблению: портилась и покрывалась червями. Обнаружив во сне тушёнку, он открыл её, и, запустив внутрь вилку, положил содержимое в рот. На зубах что-то противно захрустело. Виктор Степанович подозрительно заглянул в банку и обнаружил в ней плотно скрученных консервированных дождевых червей!
Отвращение, которое он испытал в этот момент, заставило его проснуться.
«Ну и ночка! – подумал он, вытирая рукавом пижамы выступивший на лбу холодный пот. – Хотя, судя по воспоминаниям, и денёк был не лучше!»
Встав с постели, Виктор Степанович твёрдо решил для себя, что так больше продолжаться не может! Он ясно понимал, что надо что-то делать, правда, пока не знал – что. «Может, в церковь сходить?» – посетила его неожиданная мысль. Но он тут же был вынужден отказаться от неё, так как не знал, что там делают! «А может быть, за свой счёт взять хоть дня три! Посидеть дома, отдохнуть!» – Виктор Степанович чуть было не подумал «на рыбалку съездить!», но вовремя спохватился. Одно только упоминание о рыбалке вызывало у него теперь чувство дурноты. Не остановившись ни на одном из вариантов, он решил, для начала всё-таки отправиться на работу.
Там его ожидало очень неприятное известие: умер от инфаркта один из старейших сотрудников института. Вестибюль первого этажа был весь в траурном убранстве. Каждого входящего встречал огромный портрет в траурной рамке, под которым висел написанный крупными буквами некролог. Большое количество цветов источало густой устойчивый аромат.
Виктор Степанович сильно расстроился, он лично знал умершего и уважал его как талантливого энергетика и глубоко порядочного человека.
Гражданская панихида и погребение были назначены на послезавтра, и он решил для себя, что обязательно там будет.
Два дня Виктор Степанович ходил, как в воду опущенный. Грустные мысли о бренности бытия и расставании с ближними не покидали его всё это время. Он даже задумался и о собственной смерти. Умом он, конечно, понимал, что тоже когда-нибудь должен будет умереть, но где-то глубоко внутри него что-то никак не хотело соглашаться с этой неизбежностью и как бы говорило: «Нет, ты не можешь умереть, потому что не можешь умереть никогда! Это может случиться с кем угодно, только не с тобой!» Представив себе, что он умрёт и его больше никогда не будет, а мир будет продолжать существовать дальше уже без него, Виктор Степанович чуть ли не терял сознание. Не то, чтобы он боялся смерти, нет, – его пугало небытие! В такие минуты он старался скорее отвлечься, чтобы больше не думать об этом.
Народу на похоронах было так много, что Виктор Степанович с трудом протиснулся к гробу, чтобы попрощаться и в последний раз взглянуть на покойного. Около гроба сидели родные и близкие покойного. Виктор Степанович стал по очереди подходить к ним, чтобы выразить соболезнование. Переходя от одного к другому, он подошел к сидящему в головах у покойного пожилому мужчине, взглянул на него и обмер! Перед ним сидел не кто иной, как сам покойный! Не поверив глазам, Виктор Степанович перевел взгляд на гроб: покойный, как и положено, лежал на месте. Снова посмотрев на мужчину, он убедился, что покойный сидит перед ним!
Увидев, как глаза Виктора Степановича расширились до предела, покойный поднял руку и приложил палец к губам, призывая его к молчанию.
Очнулся Виктор Степанович на улице. Он лежал на скамейке в сквере и какие-то незнакомые люди пытались привести его в чувство. Наконец, придя в себя, Виктор Степанович узнал, что похороны уже прошли и все отправились на поминки. Но сам он так и не понял, умер его знакомый или нет?!
– Хорошо, что завтра суббота! – сказал он вслух сам себе. – Больше я бы уже не выдержал! – оценил он свои силы.
Весь следующий день Виктор Степанович провалялся в постели, не желая ни о чём думать и, тем более, вспоминать. Он брал в руки книги, включал телевизор и даже играл сам с собой в шахматы, чтобы только не дать воли воспоминаниям о прошедшей кошмарной неделе. Вот только от навязчивой мысли о посещении церкви он избавиться никак не мог. Она, как гвоздь, засела в его мозгу. Наконец, он твёрдо решил, что завтра утром пойдёт в храм.
Обычно по выходным дням, когда хочется отоспаться вволю, Виктор Степанович, как назло, просыпался по привычке рано. Но в это воскресенье он спал, как младенец. Когда открыл глаза, часы показывали десять. Вспомнив, что собирался пойти в церковь, Виктор Степанович вскочил, как ужаленный. Быстро умывшись, он оделся и без завтрака, ничего не говоря жене, отправился в храм, который, к счастью, находился не очень далеко.
Подойдя к церкви, Виктор Степанович обнаружил, что богослужение уже закончилось. Толпы верующих, возвращающихся со службы, шли навстречу ему. В руках они несли букеты из верб и других зелёных веточек. Расстроенный такой неудачей, Виктор Степанович сделал попытку поговорить со священником, но, узнав, что он освободится ещё очень не скоро, из-за предстоящего крещения младенцев, так и отправился домой ни с чем.
Первый неудавшийся поход в церковь не только не остудил пыла, но даже, наоборот, ещё больше подогрел желание Виктора Степановича, несмотря ни на что обязательно попасть на службу!
Дома жена поинтересовалась у него, куда это он так быстро сорвался, даже не позавтракав. Ответ мужа поверг её в полное недоумение.
– Ты что, совсем спятил! На старости лет в религию ударился?! – не на шутку забеспокоилась жена.
– Никуда я не ударился! – оправдывался Виктор Степанович. – Просто кое-что хотел выяснить.
– Есть Бог или нет?! – ехидно спросила жена.
– Издеваешься? – не выдержал он. – Конечно, есть!
Лицо жены вытянулось до неузнаваемости.
– Ты серьёзно? – испуганно спросила она.
– Вполне! – уверенно заявил Виктор Степанович.
Наступила минута молчания…
– Ты что, Его видел?! – таинственно поинтересовалась она после паузы.
– Нет!
– Тогда почему ты так уверен, что Он есть?! Лично я никогда не поверю, пока не увижу своими глазами!
– Не говори так! Так нельзя говорить! – испугался за жену Виктор Степанович.
– Почему это нельзя? Что плохого в том, что я хочу видеть то, во что собираюсь верит, – поинтересовалась она.
– В то, что видишь, верить не надо! – безапелляционно заявил Виктор Степанович.
– А мне надо! – настаивала жена.
– Ну, я прошу тебя, не говори так! – взмолился он.
– Ой, вот только без фанатизма, пожалуйста! – нервно попросила она и ушла на кухню.
Виктор Степанович прилёг на диван и включил телевизор. Показывали «ужастик»: молодая девушка шла по бесконечным пустым коридорам и, судя по леденящей душу музыке, за одним из поворотов её ожидало что-то ужасное….
Визг, переходящий в «ультразвук», заставил Виктора Степановича вздрогнуть. Он так испугался, что ноги стали, как ватные, и не слушались его. Но визг, доносящийся из кухни, не прекращался, требуя срочного вмешательства. Ужасное беспокойство взяло верх и, превозмогая себя, Виктор Степанович с трудом добрался до кухни. То, что перед ним предстало, не в каждом ужастике увидишь. Жена держала в руке стакан, подставленный под кран с водой. Из слива мойки торчала мохнатая когтистая рука, которая крепко держала стакан снизу! Жена, не переставая, вопила. Виктор Степанович подскочил к ней, пытаясь оттащить её от раковины. Но бедняжка словно приросла к стакану и никак не могла выпустить его из рук. Тогда он снял со стены молоток для отбивки мяса и со всей силы ударил им по звероподобной руке в том месте, где она вцепилась в стакан. Рука мгновенно исчезла. Жена вместе со стаканом рухнула, как подкошенная, и очнулась, только когда Виктор Степанович сунул ей под нос нашатырь.
– Что это было?! – с застывшим в глазах ужасом спросила она.
– Доказательство! Ты же хотела увидеть своими глазами! Я тебя предупреждал!
Жена громко разрыдалась, и слава Богу, потому что когда плачут, становиться легче.
Вдоволь наплакавшись, она затихла и весь остаток дня провела в молчании. А когда, перед тем, как лечь спать, снова заговорила, оказалось, что в церковь они пойдут вместе.
В понедельник, придя на работу, Виктор Степанович после долгих сборов всё же решился подойти к Наташе, чтобы подробнее расспросить её о церкви. Его интересовало, когда туда надо ходить, что там надо делать и как себя вести.
К его изумлению, Наташа даже не удивилась вопросам. Она уже давно подозревала, что с ним что-то не так! И что «Благовещенская» рыбалка не прошла для него бесследно! С присущей ей тщательностью, очень подробно, она стала объяснять Виктору Степановичу всё необходимое для начинающих. Он пытался слушать Наташу внимательно, но всё, о чём она говорила, было для него понятно не больше, чем теорема Ферми.
Поэтому Виктор Степанович робко спросил:
– Наташа, а можно вас попросить, когда вы пойдёте в храм, не могли бы вы взять нас с собой? Мы вместе с женой хотели пойти, но, к сожалению, оба ничего в этом не понимаем.
– Конечно, конечно, – обрадовалась Наташа, – как раз в следующее воскресенье будет великий праздник – Пасха! Вот только это будет ночная служба и, чтобы её выстоять, нужно будет хоть немного поспать днём. Если вы захотите, то мы можем пойти вместе.
– Благодарю вас, я посоветуюсь с женой и о нашем решении обязательно вам сообщу.
– Хорошо, – вежливо согласилась Наташа. – Буду ждать.
Довольный тем, что дело хоть как-то сдвинулось с мёртвой точки, Виктор Степанович окунулся с головой в чертежи.
На другой день, придя на работу, он увидел объявление о том, что следующие сотрудники сегодня в девятнадцать часов дежурят на дискотеке, посвящённой дню молодёжи. Третья сверху, в списке из десяти, была его фамилия. Последний раз Виктор Степанович дежурил там год назад, но до сих пор вспоминал об этом событии, как о страшном сне. Молодёжь разного возраста вела себя так, что десять взрослых мужчин не могли справиться с ними, чтобы навести порядок. Конечно, ему очень не хотелось туда идти, но приказ обязывал, а с приказом не спорят!
Во вторник вечером Виктор Степанович ушёл с работы пораньше, чтобы успеть поужинать и переодеться. Подходя к зданию, где шла дискотека, он услышал грохочущую во всю мощь музыку, от которой ему сразу сделалось не по себе. Он подумал о том, как вынесет эту трехчасовую звуковую атаку. Зал был затемнён, непрерывно мигала цветомузыка, середина была освобождена для танцев, по периметру стояли стулья, музыка орала, как для глухих.
Виктор Степанович уселся на один из стульев, ожидая остальных сотрудников.
Разнаряженная молодёжь рассаживалась на свободные стулья в ожидании начала.
Виктор Степанович невольно наблюдал за ними, ему показалось, что некоторые уже навеселе, судя по вызывающе развязанному поведению. Он даже подумал, что сюда не сотрудников института присылать надо, а наряд милиции.
Кто-то подошёл и сел рядом. Виктор Степанович решил, что это из института, но оказалось, это был незнакомец. Его странный вид привлёк внимание, к тому же, Виктор Степанович ощутил такое беспокойство, что даже спросил:
– Вы что-то хотели?
– Хотел! – нагло, как показалось, ответил незнакомец. – Поговорить хотел, а то скучно! Вас целый десяток сюда послали, а меня одного! Правда, мне здесь и одному делать нечего. Все и так курят, сквернословят, употребляют алкоголь, а некоторые и того лучше – наркотиками балуются! А мне делать нечего! Вот мне и скучно!
Виктор Степанович слушал, и страшные подозрения заставили его получше вглядеться в говорящего. Он обратил внимание на взъерошенную причёску собеседника: два маленьких, подозрительных, симметрично расположенных бугорка были едва заметны на его голове.
– Вы кто?! – испуганно спросил Виктор Степанович.
– Дежурный, – ответил незнакомец и опустил взгляд на своё правое предплечье.
Виктор Степанович перевёл взгляд вслед за ним. Прямо на его глазах на руке «дежурного» появилась красная повязка!
– Видишь?! – то ли спросил, то ли подтвердил он.
– Вижу! – словно загипнотизированный, ответил Виктор Степанович. – Кто вы?! – повторил он свой вопрос.
– А ты не догадался?!
– Догадался! – неуверенно еле вымолвил Виктор Степанович.
И вдруг увидел, как бугорки на голове «дежурного» зашевелились и стали расти, превращаясь в самые настоящие, что ни на есть, рога! Ему стало плохо, и он почувствовал, что его сознание куда-то медленно уплывает.
Приехавшая «скорая» констатировала сердечный приступ. Оказав первую помощь, «неотложка» доставила Виктора Степановича домой, так как ехать в больницу он категорически отказался.
На следующий день жена не пустила Виктора Степановича на работу, опасаясь за его здоровье, а по рекомендации «скорой» вызвала ему врача на дом. Осмотрев больного, врач одобрил действия женщины, так как состояние здоровья пациента вызывало беспокойство. Прописав лекарства, врач строго-настрого приказал ему лежать.
– Покой и ещё раз покой! – напомнил он на прощанье.
После ухода врача жена отключила от сети все показывающие и говорящие приборы, зашторила окна и, посоветовав мужу спать, потому что сон – лучшее лекарство, отправилась в аптеку.
Спать, как назло, совсем не хотелось. Он включил ночник и, дотянувшись до книжной полки над кроватью, попытался достать первую, попавшуюся под руку, книжку. Не удержавшаяся в руке книга упала на него сверху, открывшись на странице с интригующим заголовком: «Реинкарнации». Это была книга жены. В ней раскрывались причины наших болезней и проблем, которые, по мнению автора, заключались в причинно-следственных связях и, зачастую, тянулись из прошлых воплощений – реинкарнаций. Ему было не по душе признавать, что он когда-нибудь может стать, например, баобабом, но ради интереса и от нечего делать решил всё же прочесть эту главу.
По мере чтения Виктора Степановича стало постепенно охватывать сомнение, а вместе с ним и волнение: неужели всё-таки это правда! И с людьми на самом деле могут происходить подобные вещи?!
Рассуждая так, Виктор Степанович задремал и ему даже приснился сон. Он увидел, как с яблони, усыпанной множеством плодов, одно яблоко упало в землю. Затем его мякоть стала быстро распадаться на первоэлементы, а из косточки появился росток. Он стал быстро расти и превратился в большое дерево, на котором после цветения появились яблоки. Потом всё снова повторилось и стало идти по кругу до бесконечности. У Виктора Степановича даже закружилась голова. Он проснулся и задумался: что бы это значило?! Возможно, это означает то, что известно всем: из яблока может снова вырасти только яблоко! А никак не баобаб! Таким образом, если яблоко не может перевоплотиться в баобаб, то тем более человек!
– Отчасти верно! – неожиданно прозвучал чей-то голос.
Виктор Степанович поднял глаза. В противоположном от него углу, под самым потолком, в воздухе парило светоподобное существо с крыльями! Виктор Степанович догадался, что это Ангел. Он уже привык к подобным явлениям и спокойно на них реагировал, тем более что вид Ангела был ему приятен. Поэтому он спокойно вступил с ним в полемику.
– Почему отчасти? – спросил он Ангела.
– Потому, что здесь есть ещё один скрытый смысл. Если рассуждать, как ты, то можно возразить, что у яблони нет причин перевоплощаться во что-то другое. А если нет причины, то нет и следствия! У человека же есть грехи (по-восточному – карма). Именно они, как считается, являются причинно-следственной связью перевоплощений.
– Значит, перспектива стать баобабом мне всё же угрожает?!
– Не торопись! – спокойно остановил его Ангел. – В этой теории не учитывается одна особенность человека. Несмотря на то, что у него, так же, как и у всего живого на Земле, есть плоть, кость и зерно, последнее кардинально отличается. У человека зерном является вечная бессмертная душа. После смерти человека, так же, как и любое зерно, кладут в землю. Плоть разлагается, а зерно даёт всходы. Разница лишь в том, что временное зерно может давать всходы бесконечное число раз, а вечное только один: раз и навсегда! То есть вечная душа может облечься только в вечное тело! Что и произойдёт во время всеобщего воскрешения, о котором говорится в Библии. Кроме того, теория реинкарнации умаляет Образ и Подобие, по которому создан человек, приписывая ему возможность становиться растением или животным!
– Значит, когда-нибудь стать баобабом мне не грозит?!
– Ни баобабом, ни чем-то другим! Человек воскреснет в своём собственном теле, обновлённом для вечной жизни, которую искупил для нас ценою собственной жизни Господь наш Иисус Христос! И который Сам первый воскрес из мёртвых, подавая пример будущего всеобщего воскрешения! Поэтому нет на Земле праздника большего, чем Воскресение Христово! Если бы Христос не умер за наши грехи и не воскрес, то никто не воскрес бы в жизнь вечную, но только в вечную смерть, которую уготовал людям падший ангел. Кажется, ты с ним уже знаком?!
– Да, виделись! – неохотно вспомнил Виктор Степанович и, чтобы отвлечься от мрачных воспоминаний, спросил:
– А почему Воскресение Христово называется Пасха?
– Потому что Пасха означает переход от вечной смерти к вечной жизни! Разве есть на Земле что-нибудь важнее этого? Ничего! И есть ли подвиг больший, чем тот, который совершил ради нас Господь наш Иисус Христос!
– А разве Бог может быть человеком? Мне кажется это невозможным!
– Если бы Иисус Христос не был Богом, то как бы он нас спас от «вечной смерти»?! Ведь человек человека спасти не может, потому что каждый грешен от самого своего зачатия, по первородному греху, из рода в род по наследству, передающемуся от семени мужского! А в жертву за грехи людей может быть принесён только безгрешный! Спаситель же, родившийся от Девы Марии и Святого Духа, остался не только Святым Богом, но и абсолютно безгрешным человеком! Иисус Христос – Сын Божий, одна из ипостасей Святой Троицы – вочеловечившийся на Земле Бог – БОГОЧЕЛОВЕК!
Теория реинкарнации лишь одна из многочисленных ловушек тех сил, которые хотят увести человека от Истины – Христа!
– Но ведь часто люди вспоминают свои прошлые воплощения и даже могут описать местность, в которой никогда не были в этой жизни!
– Этот феномен очень просто объяснить. В подсознании человека есть вся информация о прошлых поколениях, и, всплывая в его сознании, она создаёт впечатление, что это происходило именно с ним! Феномен подсознания связан и с ощущением человека, что та или иная ситуация уже происходила! Это потому, что в подсознании записано не только прошлое человека, но и будущее! В такие моменты сознание распознаёт событие, уже известное подсознанию!
– Благодарю! Кажется, я кое-что начал понимать!
– Подожди, я хочу посвятить тебя в ещё одну очень важную тайну. Теория перевоплощений по сравнению с тем, что приготовил людям падший ангел, лишь безобидная уловка!
– Припоминаю, он на что-то подобное намекал!
– Дело в том, что падший ангел будет предлагать всем людям свою печать в обмен на хлеб, который без этой печати невозможно будет получить! И к великому прискорбию, мало кто сможет избежать его печати!
– А что это за печать? – заинтересовался Виктор Степанович.
– Это электронный чип с числом 666.
– А почему именно с этим числом?
– Потому что это число имеет глубокий мистический смысл. И разгадка кроется в его написании. Ангел, который пал с неба и обрёл полноту земной власти, символизируемой кружочком внизу. Попробуйте написать шестёрку и убедитесь! А три шестёрки – в подражание Троице. Не зря же падшего ангела называют обезьяной Бога. Победить его может только Христос! Не случайно число Христа – 999, три перевернутые шестёрки! При написании девятки также обнаруживается её мистический смысл – Христос имеет полноту Небесной власти, символизируемой кружочком вверху, и сошёл на землю – палочка опускающаяся вниз.
– Но я всё равно не понимаю смысла печати.
– Дело в том, что каждый пастух метит своих овечек. Христос тоже наш пастырь и Его печать получает каждый, принимающий Святое крещение. Чтобы забрать у Христа Его овечек, падший ангел изобрёл способ наложить на всех свою печать! Тогда никто не сможет ему помешать забрать их с собой в ад на вечные муки!
– Спасибо, что предупредил! – искренне поблагодарил Ангела Виктор Степанович
– Рад быть полезным! – произнёс Ангел и растаял в воздухе.
– Враньё ваша реинкарнация! – радостно сам себе объявил Виктор Степанович, запихивая книгу обратно на полку. – Посплю-ка я лучше, – решил он, и, приняв снотворное, улёгся в постель.
Под неусыпным бдением жены Виктор Степанович провалялся в постели до самой субботы. Но ещё в пятницу он предусмотрительно позвонил на работу Наташе и договорился о встрече, чтобы вместе пойти в храм на ночную службу. Сил у него после почти трехсуточного покоя хватило бы не на одну такую службу. Поэтому предстоящая ночь не страшила. Вечером, нарядно одетые, они вместе с женой отправились в церковь. Наташа ждала их у метро. По дороге в храм она давала им последние наставления о том, как себя вести, потому что разговаривать там нельзя.
– Главное, смотрите на других и делайте, как все, – сказала в заключение Наташа.
Они вошли в полупустой храм, так как до начала службы было ещё много времени. В центре храма стояла гробница, на которой кто-то лежал. Гробница вся утопала в цветах. Наташа подошла к ней и опустилась на колени. Сделав три земных поклона, она поцеловала Евангелие, которое лежало на сложенных руках покойного. Виктор Степанович не сомневался, что перед ним был сам Христос! Он был наг, и только набедренная повязка скрывала часть тела. Подойдя ближе Виктор Степанович, увидел окровавленные раны на руках и ногах покойного. Он никогда не преклонял колен и теперь очень смущался делать это на виду у всех, но, подойдя к Христу, он забыл о смущении и, не рассуждая, рухнул перед ним на колени. Поднявшись, Виктор Степанович прикоснулся губами к Евангелию. То, что он испытал в это мгновение, не поддается никакому описанию, но это было необычайно прекрасное чувство, подобное тому, которое испытывает младенец на руках у бесконечно любящей его матери. Виктор Степанович перестал воспринимать окружающее. Умиление, которое он почувствовал, заставило его заплакать. Слезы сами покатились по его щекам, и он не мог их сдержать. Виктор Степанович вдруг отчётливо осознал, что перед ним лежит Отец, который не только создал его, но и принёс себя в жертву ради его спасения! Невинный, он пострадал за своих любимых детей, которые предали его однажды, и предают до сих пор! Предают своим неверием, своею неблагодарностью, своим богохульством!
У Виктора Степановича больно заныло сердце, всем существом он осознавал, что находится на погребении собственного Отца.
Когда он очнулся, оказалось, что служба уже началась. Шла полуночница. Алтарные врата отворились, и из них вышел священник. Он обошёл с кадилом вокруг гробницы и затем отдал его пономарю. Затем он поднял Христа и, внеся Его в алтарь, положил на престол. И снова закрыл врата.
Виктор Степанович огляделся, народу в храме заметно прибавилось. Увидев, что его жена стоит рядом с Наташей, он решил подойти к ним.
Несмотря на то, что он тщательно старался скрыть пережитое, от Наташи не ускользнуло его новое возвышенное состояние. Она так заинтересовано посмотрела на него, что Виктор Степанович отошёл в сторону и стал разглядывать иконы, которых здесь было очень много. Храм быстро наполнялся, и скоро в нём уже невозможно было протолкнуться. Виктор Степанович даже не ожидал, что верующих так много. Наконец начался крёстный ход. С иконами и хоругвями, под песнопения церковного хора служители и прихожане обошли вокруг храма. А когда все вернулись обратно, алтарь уже был открыт, и Виктор Степанович увидел живого Христа! Он стоял в ореоле ослепительно яркого света и вокруг Его головы сиял золотой нимб! Множество светоносных Ангелов ликовали над Ним! Виктор Степанович стоял и смотрел, как заворожённый.
Священник вышел из алтаря, держа в руке украшенный цветами трехсвечник с зажжёнными свечами, и трижды радостно возгласил:
– Христос Воскресе!
– Воистину Воскресе! – грянул троекратный ответ прихожан.
Невероятное чувство восторга и счастья переполняло Виктора Степановича. Он чувствовал всех стоящих в храме как монолитный единый организм и себя как часть целого!
Никогда в жизни ему не было так хорошо, так спокойно и так радостно! «Вот оно то, ради чего стоит жить!», – подумал он и усмехнулся, вспомнив, через что ему пришлось пройти, чтобы это понять. |
