Три желания

trigelanija.webstolica.ru

Евгения МИНЮШОВА


Михалыч

 

…такое обращение к нему стало лет с тридцати. В детстве звали Николкой. Родился в конце года. Говорят, что лишний год жить будет такой человек. Посмотрим…

Сколько помню, всегда бегал босиком, штанишки поизношены, стоптанные сандалии, летом обросшая голова. К сентябрю дед Филипп стриг да отправлял в школу. Тетрадки были небрежными, кляксы от чернил- непроливаек оставались большими – ни стереть, ни замазать. Анна Васильевна красным чернилом выводила образцы, писала замечания, но, как говорят, воз был на том же месте.

Мать воспитывала двух сорванцов одна. Николка родился темноволосым с голубыми глазами, мать ждала его рождения. Это был особый случай.

Дружила с парнем шесть лет, вот и война закончилась, Настенька служила стрелочницей на Волге. Сколько эшелонов провожала на Сталинградский фронт, сколько встречала санитарных поездов да провожала их до Кузнецка, где стоял госпиталь для наших бойцов. Перенесла немало… Схоронила сестричку. Не пожалели колёса товарника, угодила сестрица под поезд. Говорят, что нельзя верить в приметы, а они сбываются… Накануне только хотела Уленька надеть платье, да мыши прогрызли его поперёк. Точно так же проехал состав по молодому телу.

Дед по окончанию войны повторял, что смотреть на лицо незачем, душу надо видеть. А после войны и некогда было смотреть – все хотели своего угла, замуж шли даже вдовы.

Настёна перешла жить в дом свекрови. Правду говорят, что родятся счастливыми редко. Богу надо, чтобы человек выжил в трудностях. Дети не спрашивают, родиться им или подождать. Настена прихотничала, а побаловать себя было нечем. То на болоте торф добывали, то на поле до ночи. Про усталость нельзя было думать.

А беда подкрадывалась незаметно к душе молодушки. Муж похаживал к её тетке, у той уже и сын взрослый был. Так и приколдовала старушка к себе мужика. А Настёнка родила Николку у свекрови. Любили младенца старики, до года нянчили. А там Настенька в свой домишко перебралась.

На одних руках и рос мальчишка, пока не появился младший. Поговорили в деревне, посудачили бабы. Да что говорить, в каждом дворе свои беды: мужики с войны не пришли, похоронки лежали в сундуках, а ребятишки родились, никто не судачил вслед, от кого и как могло это быть…

На учёбу проводила Николку, сшив из галифе брюки, да рубашку из однотонного платья своего, обувку дали соседи. В школе голодно было, ребятня бегала в огороды за яблоками, а из дома брали оковалок чёрного хлеба: сахаром хлеб был посыпан только у богатых – у сына председательского да у производственника Фёдора.

Помнится Настёне год, когда Николка не хотел идти в школу, одурел парень к восьмому классу, оставили на второй год. Приходит такой возраст, когда пацаны считают себя взрослыми и состоявшимися. Настёна в таких случаях замолкала, старалась не разговаривать и не выясняла отношений.

– Из детства ты, Николай, вырос. Ремень тебе уже не поможет, да и не могу я его в руки брать. Позорься, ходи ещё год, но помни, что на одежонку сам себе летом будешь зарабатывать, садись за прицеп да урожай в колхозе убирай, хлеба нынче вон какие!

Колька понял сказанные материнские слова: тогда, в лето, уходил с зорькой и по темени возвращался – на гульки времени не было. Да, тяжёл труд, когда ты в семье за старшего. Часть обязанностей на себя взял младший брат Толя. Стадо на отдых пригоняли к речке, почти рядом с домом. Толя доил корову, цедил молоко да сносил его в погреб. Так и коротали лето.

Зимой носили скотине барду на коромысле, замачивали в неё солому, чистили сараи и только после этого спешили в школу. На первых уроках сонными глазами пытались смотреть на доску, что-то писать, а дальше… Несносно хотелось кушать и лечь на сундуке, на котором они могли час-другой заснуть. Вкуснее всего было съесть кусок чёрного хлеба, испечённого матерью до работы, побрызгав его водой и посыпав сахаром-песком.

Но в жизни мальчишек бывают затеи взрослые... Так было и у Николая. Парень влюбился.

Нинка училась в его теперешнем новом классе. Она была из скромниц, не показывала упрямости, ничего не позволяла себе свободного, писал ей Колька записки, в которых сообщал, что увидятся в кино, на первой лавке от экрана, на детском сеансе. Нинку будоражил вопрос, на который так и не получила ответа: почему на детском сеансе, а не на взрослом?..

Просто у Кольки не было денег. Но иногда мать выдавала ему пять копеек на детский сеанс.

На новый год он позволил себе держать её за руку. Так они шли по селу, сидели на заснеженных завалинках... А у дома Нины он не задержался – отец её был из строгих.

Растаял снег, с горы побежали говорливые ручьи, оголили плечи девчонки, и лишь после собрания в клубе по случаю празднования первого мая Николай признался, что любит Нину. Целоваться он ещё не умел, прочитать об этом было негде, а старшаки, с кем учился в прошлом году, посмеялись, да и только.

Оба они были смущены и неловки.

 

Продолжение следует…

 

 

Евгения МИНЮШОВА

 

Безымянному солдату

 

Повержен враг,

Знамёна у Кремля легли,

И не гремят бои под Сталинградом.

А похоронки в сундуках хранят,

Бойцам тем поклониться надо.

Их убивали на войне,

Их в лазаретах собирали,

А сколько пареньков легло

Там, на Мамаевом кургане...

И Курская дуга, объятая боями,

И танки наши посреди огня,

Герои те ещё не знали,

Что в память их посадят тополя.

Повержен враг,

Мы помним с вами,

Какой ценой

Досталась нам победа!

Прах тех бойцов

Развеян по полям.

Должны мы помнить

С вами это!

 

 

 

Война

 

Обозы, составы, теплушки

Через Сызрань на Волгу спешат.

Батальоны, роты и взводы

Уставших в боях солдат...

Ценою потерь и геройства,

Выстрадав судьбу страны,

Ордена и медали посмертно

В руки их матерей вручены.

От Бреста до Сталинграда

Пройдено тысячи вёрст,

От Волги и до Берлина

Сколько их принесли на погост...

Могилы братские в лесах,

И на Мамаевом их сотни,

А сколько раненых, сочти,

Посчитано давно – их миллионы.

Стоит страна всегда за мир,

Пусть не страна Советов.

Но Волги и Москвы не отдадим,

Умрём в боях за это.

 

 

День России

 

Россия наша,

Твой сегодня день!

Поём и славим

Мы отрезок суши.

И не дадим,

Чтобы упала тень,

За стяги наши

Отдадим мы души.

Судьба твоя известна нам:

Как много крови

Пролито Отчизной.

Я не кривлю, Отечество, душой...

Она навеки остается чистой.

Мой дел топтал

Европу сапогами,

Отец в плену

На проводах висел.

Хочу за мир

Отдать своё я сердце,

Чтоб стяг Отечества

По-прежнему алел.

Я в небо выпускаю голубей,

Плывут пусть

Тучки с облаками,

На плечи сыновей

Усадим мы детей.

Земля пусть

Возгордится нами.

Новости


19.03.21 

09.04.21 

23.04.21 

20.05.21 

10.06.21 

 


Идёт формирование № 131. Примерная дата отправки в печать - середина июля.


ФОРУМ

журнала «Три Желания»

 

 

Избранное - 2

Итоги здесь

 

Подведены итоги конкурса 2009 г. для спецвыпусков. Проза и поэзия.

 

Рецензия на сборник «Трижелания. Избранное» в журнале «Дети Ра» 

Архив · Редакция · Спецвыпуск. Проза · Спецвыпуск. Поэзия · ИЗДАТЬ КНИГУ · О проекте
ВебСтолица.РУ: создай свой бесплатный сайт!  | Пожаловаться  
Движок: Amiro CMS