Три желания

trigelanija.webstolica.ru

Ольга КАМАРГО


Оранжевая история

 

Девочка привыкла быть старшей, ответственной и разумной. Она молчала в непривычной ей компании и наблюдала. А люди веселились как-то безудержно, под алкоголем, будто напоследок. «Пир во время чумы»,– думала она про себя, пытаясь что-то понять во всём происходящем.

Мальчишка был в этой компании гостеприимным хозяином. Чувствовалось, что его любят, знают и воспринимают не слишком всерьёз. Да он этого и добивался, озорничая с размахом, от души. Хотел себя показать, других посмотреть, скрывая это. Но он очень много знал и умел, это ощущалось даже в его шалостях.

Нет, всё было не так и совсем не просто. Мальчишка был Волшебником. Сильным и добрым, как бывают люди не от того, что так нужно, а просто от внутреннего избытка. Девочка же была Волшебницей – лёгкой, смешливой, яркой. Только забыла об этом, будто сама себя заколдовала, неизвестно чем и зачем. Ей было сейчас не до лёгкости, чужая атмосфера сбивала с толку, и она слишком много думала.

Он странно влиял на неё, сам того не зная. Забавный и такой… ничей. Будто привлекал внимание, чтобы похвалили, но держал всех на расстоянии вытянутой руки. А рисует восхитительно. Душевные и основательные, его картины приковывали к себе. Что-то неведомое поднималось в душе Девочки, долго не желавшей быть таковой. Мальчикам ведь живётся проще. Сейчас же её душа раскрывалась и пугала этим. А вдруг она сделает что-то не так?! Спасало лишь красивое платье, напоминая о верной помощнице – женственности.

Казалось, гостям не было никакого дела до других, только пытались демонстрировать себя. Волшебница же рассматривала подолгу его рисунки. В них было много самых разных цветов и хорошая прорисовка деталей, сказочность. Она и сама творила сказками. Но чего-то не хватало. Она не понимала, чего, рассматривая, восхищалась его мастерством. Мальчишка же видел её рядом со своими картинами. Она заметила его и улыбнулась, лучась изнутри.

«Это наваждение?» – промелькнула мысль в его голове. Он поймал её лучи на своих картинах – будто Солнце или Огонь их оживили. Ни один штрих не изменился, но открылись объём и глубина, и оттенки засияли иначе.

– Кто вы, рисующая Пламенем? – он восторгался тем, чего она даже не заметила. Протянул ей руку, она, прикоснувшись щекой к его щеке, смутилась и убежала.

Он позже вспоминал об этом. Конечно, пытался создать нужный эффект, но именно это не давалась. Оранжевый, жёлтый или красный получались банальными, тяжёлыми и неживыми. Что за чушь? Он ведь даже её почти не помнит. Он – Волшебник, это все знают, а кто она? Но он уже скучал по цветам Пламени, признавшись себе, что с ними получается лучше, но он не понимает, как их создать.

«Конечно же, она – Волшебница, только заколдованная,– думал он. – Рутина пытается взять верх. Эта напасть знакомая, нужно действовать». Небо осветилось над его головой, и было чистым недолго. Промелькнула Молния – и пошёл дождь. А она так и не появилась.

Он снова очистил небо над собой, надеясь, что она найдётся, когда поймёт. Он вспомнил её прикосновение, неуверенную улыбку и молчание. На сей раз его сил хватило удержать чистоту дольше. Снова пронеслась Молния, теперь он успел лучше ее рассмотреть. Но она так и не появилась.

И в третий раз он очистил небосклон и включил звук. Навстречу треску Молнии он раскрыл руки:

– Привет! Я жду тебя! – он всё понял.

Огненный шар раскрылся, превращаясь в Девочку. Мальчишка поцеловал ей руку, прикоснулся щекой и посмотрел в глаза. Кто она, из какой сказки пришла? Спящая красавица? Ничуть! В её взгляде он увидел множество разных молний, она была пропитана ими, но, казалось, не догадывается о своей силе. Лёгкость и тепло её волшебства будто ограничены кем-то. Сильный Волшебник, он понял борьбу стихий внутри неё. Это и было помехой. Сама – откровенный огонь, с кем же воюет?

– То ли воля, то ли неволя – всё одно? – спросил он её известной сказкой.

Ну, конечно, всё просто. Огню может противостоять только Вода. Манит, завораживает и… обманывает. Борьба эта не имеет шансов на чью-то победу, стихии равны по мощи, так задумано в мире. Остальные же не конфликтуют.

Волшебница всё молчала. Подошла ближе и упёрлась лбом в его плечо. Он ощутил её дрожь и смущение, из глубины души «услышал» крик о помощи. Просто и без затей обнял, действуя, скорее, по интуиции, нежели по знанию или логике. Она содрогнулась всем телом в его руках. Тепло её молний пошло внутрь него согревающим импульсом. Казалось, она отдаёт ему излишки.

Он взял палочку и одной рукой нарисовал картину. Получилось не только волшебно и сказочно, но живо и ярко, как и хотел творец. В испуге, что навредил, посмотрел на Волшебницу, которую обнимал. Энергия шла всё сильнее, а Девочки больше не было, на её месте оказалась молодая красивая Женщина. Она попыталась было отстраниться, но Мужчина, сменивший Мальчишку, обнимал её ласково и крепко.

– Я сожгу тебя? – мысленно спросила она его.

– Я справлюсь,– ответил он ей голосом. Мужчина понимал, что больше уже не сможет без неё. Знал, что она не захочет без него. Но он уже жаждал её услышать. Колдовство было жестоким и выход только один. Впустить в себя энергию любви. Только она, захватив через него обоих, снимет чары. Да, и с него тоже, ведь он безумно боялся именно Любви. Как от резкого света во тьме, от неё можно ослепнуть. Но жить вполсилы он не умел…

Долгое время ничего не происходило, они так же стояли, обнявшись. Незаметно внутри него очищала любовь себе пространство. И вот Волшебница снова задрожала, всё ещё отдавая ему избыток своей огненной энергии и наполняясь любовью.

– Пробовала быть Русалочкой? – шепнул ей. Только сейчас со всей пронзительной ясностью он осознал – другого выбора не было.

В ответ поднялась вода у их ног, едва её не коснувшись. Порыв ветра отогнал стихию, солнце ярко сверкнуло, защищая свою дочь.

– Ты – огненная, помни об этом! Тебе вредит вода, не играй больше с ней.

Волшебник кивнул, в знак того, что он услышал и понял. Волшебница, казалось, очнулась в его руках, не заметив финальной стычки стихий.

– Это – ты! – сказала она ему. Он услышал её голос – мелодичный и мягкий. Наконец-то! Только слова ещё давались ей с трудом.

– Да. А это – ты! – ответил он ей, всё обнимая и поглаживая по спине. – И я люблю тебя.

– Как? Уже? – легко удивилась она. – Ты ведь так мало знаешь обо мне!

– Достаточно,– возразил он. – Чтоб понять, что хочу творить вместе.

На совместной энергии молний и любви они летели над планетой, и он осторожно радовался, что расколдовал её. Они легко парили в воздухе, а потом он рисовал свои картины – живые и объёмные, изумительные и сказочные, под её восхищенным взглядом. И было это волшебство совершенно уникальным для обоих, потому что её игра образами тоже стала новой, созидательной, наполненной и продуманной. Им улыбались стихии.

 

 

Волшебство любви

 

Казалось, мир рушится. Все переворачивалось с ног на голову, старая башня сыпалась шумно и страшно. Когда пыль улеглась, стали смотреть, что осталось. Фундамент и стены стояли, однако всё внутреннее убранство, включая перекрытия и крышу, посыпалось внутрь.

– Послушай,– сказал он ёй. – Ты ведь хотела обновлений. Чем тебе не повод – вычистить всё тут и заново отделать?

– Но ведь ничто не предвещало! Что если это сейсмически опасная зона? – она выглядела обеспокоенной и встревоженной.

– Брось! Просто плохие перекрытия оказались. А мы и не проверили. Значит, судьба их такая была – быть разрушенными,– он улыбался, успокаивая и поддерживая её.

– Теперь придётся всё делать заново. И неизвестно, что ещё может посыпаться,– она вздохнула, но уже не так безнадёжно.

– Так давай пройдём по зданию от фундамента. Ты послушаешь, я посмотрю,– предложил он.

Они спустились вниз, обнявшись. Трещины фундамента оказались засыпаны теперь наглухо.

– Волшебники мы или нет? – смеясь, спросил. Проходя шаг за шагом, он заделывал заклятиями полы бетонного перекрытия.

Она ещё со страхом смотрела на разрушения, но уже начала заражаться его энтузиазмом. Улыбнувшись, стала прослушивать стены волшебным ухом, очищая их волшебными щётками по всей высоте. Потом кистями прошлась по стыкам, а он помог ей весь мусор собрать и вывезти, освобождая помещение.

Он сделал перекрытия, руками исследуя разрывы, шаг за шагом, медленно и вдумчиво. Впрочем, его даже радовала необходимость заниматься «домашними» делами – он забавлялся, создавая рисунки на полах, перекрытиях и стенах. Снова убрали мусор – вытащили его во двор усадьбы, чтобы потом утрамбовать и использовать в заливке дорожек.

Сделали и третий этаж, огромный, как и предыдущие, потолки-то высокие. Но какое это имело значение для влюблённой четы волшебников, играючи выстраивающих собственный дом. Вставили стёкла по всему зданию, вычистили чердак и накрыли крышу.

– А как мы будем перемещаться между этажами? – уже весёлая, спросила она.

– Обижаешь! Я же оставил место для лестниц,– обнадеживающе воскликнул он, обняв её. – Посмотри лучше, какой вид сверху!

Заиграла музыка, и он закружил её в танце. Несколько минут ей хватило, чтоб расслабиться, он держал нежно, смотрел с любовью, шептал ласково всякие глупости. Прикрыв глаза, она смеялась взахлёб, забывшись в его руках. Он вел её в танце, любуясь и поддерживая.

Потом они сделали добротные деревянные лестницы между этажами. Она бежала по этажам, раскидывая мебель. Он догонял её, возводя арочные перекрытия, отделяя комнаты. Кухня, зал, прихожая. Спальня с огромной кроватью и гардеробной, кабинет с камином, столом, стульями и шкафами под потолок. Они со смехом будто бы считывали из головы мысленные конструкции, образы друг друга.

– Ты списываешь! – захлёбываясь радостью, упрекала она.

– Нет! Это ты срисовываешь! – тоже хохоча, дразнил её он. Поймал и стал вальсировать, оторвав от пола.

Голова кружилась от его объятий, голос давал уверенность и спокойствие, и замок наполнен был их любовью и смехом. А потом они стояли на крыше, заклинаниями пути наперегонки выкладывая дорожки на участке, высаживая деревья, кусты и цветы.

– Я хочу пруд! Или озеро!

– Да пожалуйста! Любой каприз! – считал он её картинку.

Птицы пели на раскидистом дереве, которое он посадил у озера, чтобы давало тень.

– Как они счастливы в своей любви! Может, она станет поувереннее и перестанет всё время гадать и ждать подвоха? А он насладится любовью и даст ей спокойствие?

– Может быть. То есть, наверняка.

Они смеялись, а птицы – пели самозабвенно и радостно. Пошёл дождь и оросил Долину. Светило солнце. Ветер шелестел листьями. А они смотрели на всё это, обнявшись так крепко, что смущали птиц.

 

 

История о сомнениях

 

– Тебе не хватает внимательности,– ласково шепнула Земля.

– Тебе не хватает глубины и вдумчивости,– плеснула Вода с прискорбием.

– Тебе не хватает лёгкости и информации,– нравоучительно заметил Воздух.

Волшебница думала много об этом. Из стихий молчал только её родной Огонь. По идее, он звучал бы изнутри, но там было тихо. А может, мешали услышать голоса извне. И она старалась быть внимательнее, глубже, вдумчивее и собирать информацию. Что-то получалось, что-то нет.

«Если рыба и заберётся на дерево, то обезьяной она от этого не станет»,– подумалось ей. Сил уходило много, результат не радовал. А так хотелось сделать всё отлично. И от понимания невозможности этого пропадало желание вообще что-то делать. Настроение портилось, а стихии нашептывали ласково:

– Ещё немного! Внимательнее! Вдумчивее! Глубже! Больше аргументов! Ты сможешь! Мы хотим тебе добра!

И снова силы утекали в никуда, теперь их всё время не хватало. Зато зёрна раздражения упали в землю постоянной усталости, политые водой эмоций и развеянные воздухом. Они проросли, стали рассадой и забирали всё больше живительной силы на собственный рост. Сама же Волшебница, Солнечная девочка, теряла тепло и лёгкость своей магии, по её лицу стала пробегать тень.

Волшебник пока не вмешивался. Ведь жизнь прожить – не поле перейти. Мало ли, какие силы она сейчас будит и с кем договаривается. Но она становилась неуверенной и неспокойной, будто стала терять внутри себя точку опоры и всё время ждала подвоха.

Пронеслась молния, будто зажигая её вновь изнутри. Это вмешалась покровительствующая ей стихия.

– Дочь моя, отчего ты затухаешь? – ласково шепнула Молния.

– Да вот… Не получается у меня быть внимательной, глубокой и… ну, в общем, много всего. Не получается! – она расстроено развела руками.

– Чего? Быть идеальной?

– Гармоничной.

– Ай-яй-яй! Ну как так можно? Слушать всех, кроме себя самой. А ещё Солнечная! Не стыдно?

Всё сжалось внутри у Волшебницы – опять ругают.

– Давай разбираться. Чего тебе не хватает, тебе рассказали. Хотя и тут есть о чём поспорить. А в чём твоя сила – помнишь? – Молния пустилась огнём по небу в разные стороны.

– Скорость и быстрота реакции,– тихо сказала подопечная. – Но не всегда...

– Когда надо и ты не забиваешь себе голову всякими глупостями – всегда,– Молния щёлкнула легонько по носу. – Ещё?

– Тепло. Энергия.

– Да. Кстати, единственная тёплая стихи. И только она может согреть Огнём или Солнцем. Ещё! Самое ценное ещё не вспомнила! – Молния заискрилась огромным фонтаном фейерверка.

– Яркость! Увлечённость. Азарт! – засмеялась Волшебница, окончательно очнувшись.

–Урааааа! – Молния огнями осветило небо. – Это был правильный ответ!

– Но ведь детали…

– Чего ты привязалась к деталям? Зачем тебе чужие игры и правила? Смотри лучше, какая красота!

В небе огнями сыпались искры фейерверков, рисуя рассвет.

– И ещё скажу, напоследок. А ты подумай об этом очень хорошо. Нет единых для всех правил и Истины. Каждый видит своё и отвечает за своё. Ни одно существо, даже стихия, несовершенно. И гармония начинается с мира с самим собой. Ты это знаешь, но забыла. Но есть ещё кое-что. Никто не может знать о Вселенской гармонии, это слишком глобально, чтоб охватить разумом, даже для стихии. Но наведя порядок внутри себя, ты вносишь свой вклад. Ты поняла меня?

Но ответа не потребовалось – Молния исчезла невнимательно, неглубоко и не информативно.

Волшебник мало что понял из разговора. Он знал стихии не хуже жены, но иначе, по-мужски. У женщин же свои отношения со стихиями, особенно родной. Он просто очень любил её, и этого было достаточно. Она выходила из-под гнёта тяжких дум и становилась собой, это чувствовалось. Обнял её и заглянул в глаза с улыбкой:

– А что, душа моя, давно мы с тобой не зажигали звёзды! Айда, кто быстрее?

– Айда! – мгновенно радостно зажглась она, поднимаясь в небо. – Догоняй!

– Ах, ты так! – восхитился он её азартом, как всегда. – Ну, держись!

Парочка волшебников кружилась над землей, забавляясь. Была ночь, они любили огни ночных городов и летать, никем не замеченные. Даже если кто-то и увидит огни из самолёта, решит, что это – сон. Ветер играл с ними, звёзды казались близкими, высота захватывала дух. Они оба смеялись взахлёб от счастья, догоняя друг друга, играя в прятки, то зажигая звёзды, то притворяясь одной из них. Влюблённые в свободу, волшебство и друг друга, они бежали по звёздной пыли, даже звёзды и планеты, казалось, радовались с ними.

– Ну что, развеяли мы твои тревоги? – вдруг спросил он, ловя и крепко обнимая её.

Она, солнечная, светилась изнутри счастьем и любовью ярко, согревая его теплом, освещая небо. Этого не видел никто, кроме влюблённых озорников.

– Тревоги? – смеясь, переспросила она. – Смотри! Скоро рассвет.

– Разговор не переводи! – всё так же смеялся он, не отводя влюблённого взгляда. – Откуда на моём солнце были пятна? Отвечай! Ветер принёс? Вода нашептала?

– Я так давно не чувствовала тебя только со мной,– немного жалобно ответила она. – Всё дела волшебные то у тебя, то у меня. И всё врозь.

Он держал её крепко, ласково дразня.

– Договаривай!

– Что сомнения могли и Ветер принести, и Вода нашептать. Вот!

Она вздохнула, смутившись. И внезапно, поколебавшись, заглянула ему в глаза и задала извечный женский, но такой несвойственный ей вопрос.

– Ты меня любишь?

Он видел её испуг и ответил совершенно серьёзно.

– Ну, конечно, люблю. Ты ведь знаешь об этом, я говорил тебе. Почему так легко заронить сомнения в твою душу?

– А может, мне приятно это слышать!

Они рассмеялись старой шутке.

– Ангел мой, не изводи себя понапрасну,– поцеловал её он, укачивая, как ребёнка. – В последнее время ты теряешь уверенность. Успокойся. У нас ещё много совместного впереди. Смотри-ка, вон там ещё не рассветает. Айда звёзды зажигать!

– Айда! – моментально отреагировала она радостно. – Догоняй!

 

А потом они стояли на крыше башни, обнявшись, встречали рассвет. И она спросила его, хотел бы он видеть её более внимательной или глубокой.

– Я люблю тебя такой, какая ты есть. Зачем быть какой-то другой? Вдруг не понравится?

– Тебе? – она снова испугалась.

– Тебе! – терпеливо и ласково ответил он ей. – Смотри, как искрят твои Молнии. Ну-ка, запусти парочку, у тебя это хорошо получается.

Польщенная, она стала рисовать картины Молниями, а он, хитро улыбаясь, обнимая ее, поправлял детали, штрихи и краски. Уверенность постепенно возвращалась к ней.

 

 

Стихийное равновесие

 

Там, где садится Солнце, есть грот. И в нём жила солнечная девочка, Принцесса. Светлая и тёплая, она жила уединённо и замкнуто. Бывало, и светила, и грела, как родитель, только недолго и быстро закрывалась в светёлке.

Как и подобает принцессе, сватались к ней принцы. Первым был Принц Воздуха. Долго они общались, было интересно обоим, да так и не сошлись. Лёгкий, от тепла ещё согреваясь, уносился прочь по своим делам, да так и пропал.

Потом сватался Принц Земли. Всем хорош, да только заражён сомнениями сильно, до потери уверенности в себе. Даже солнечной Принцессе не удалось помочь ему.

Третьим, довольно много времени спустя, оказался Принц Воды. Ветер от тепла становился мимолётным. Земля, согреваясь, давала бы расцветать живому, не выбери она сомнения. А Вода, согреваясь, забирала тепла всё больше, но не расщедрилась давать что-то взамен. Грелась она долго, стараясь взять ещё и ещё. Щедра была Принцесса, больше отдала, чем могла себе позволить, равновесие нарушила. И заболела. Потеряла интерес и радость к жизни, терзалась сомнениями. Даже воздух в гроте стал душным. А ведь известно, что Солнце даёт жизнь, согревая стихии.

Время шло, дочь Солнца медленно восстанавливалась. Сил было мало, но они прибывали с каждым днём. Вот она уже чаще и дольше бывает на свежем воздухе, ходит по земле, греется в лучах матери. Только воды сторонилась, будто всё ещё боялась того, что та исподволь, капля за каплей, вытаскивала силы. А источник-то не бездонен.

Ветер беспардонно играл её волосами, развлекая душеспасительными беседами.

– Так кто же тебе нужен, принц какой стихии? А может, уже и не принц, а рыцарь? Мой сын, например? Не просто так ведь идеальная совместимость у стихий!

Принцесса не думала об этом много, сил было ещё маловато.

– Да где он, твой сын? Носится, неизвестно где, уже сколько лет. Как ребёнок избалованный. Ни до кого дела нет!

– Согласен,– хмыкнул Ветер. – Вода совсем не твоё. А что с Огнём и с Землёй?

– С Землёй можно поладить, но он не перемещается. Надо ехать, а куда? Вот если бы у него было хоть немного огня, поладили бы точно.

– Ну, ты задачи ставишь, дочь Солнца! Взяла бы Огонь, и ладила бы.

– Подзадоривая друг друга и соревнуясь? Это лесные пожары, если ты не вмешаешься.

Ветер долго молчал. Он был ей крёстным и хорошо её знал.

– Ты, похоже, присмотрела себе сына Земли. Где-то недалеко от вулкана. Я прав?

Она ответила тоже не сразу.

– Прав. Это там, где пять морей.

– А как ты туда попала?

– Я – дочь стихии Огня, принцесса. У меня есть обязанности. Я не могу себе позволить только хандрить. При любых обстоятельствах мне нужно держать спину прямо.

– Это любят и Огонь, и Воздух. Не только Земля.

– Да, я знаю. Но мне нужно спокойствие и доверие.

– Тогда да, Земля подойдёт лучше всего. Я помогу тебе, крестница. Отнесу весть ему, что он найдёт в этих местах огонь. А там уж, как договоритесь… Не переживай, я всё сделаю легко.

 

– Что с моей дочерью? Почему она в расстройстве и грусти? Ведь сама принцев разогнала, никто не неволил,– спросило Солнце.

Ветер только что вернулся от пяти морей в прекрасном настроении – увидел выбор Принцессы.

– С ней всё будет хорошо, она учится реально оценивать себя и свои потребности. Для женщины это важно. К тому же, она, кажется, влюбилась…

– Да что ты говоришь? И чья ж это стихия, твоя или моя? Они б поладили.

– Это Земля. Не пытай её сильно, не спугни, она приводит вполне разумные доводы.

– И теперь будут страдания влюблённой женщины? – Солнце засмеялось.

– Возможно. Помоги ей избавиться от сомнений. Это – Вода, уж очень силён был принц…

– Хитёр, скорее, я бы сказала.

– Да, пожалуй… А с Землёй я ей помогу. Думаю, получится. Я тут информацию собрал уже. Это Король, он холост, её видел и симпатизирует.

– А почему молчит?

– Я же сказал – Король. Не Паж или Рыцарь. Ты же знаешь – будет долго решать, осторожничать. Но он не хитёр, не злоблив и готов любить. Чего тебе ещё для неё хочется?

– Пожалуй, именно этого. Да и Королевой она станет, только выйдя замуж за Короля… Только трудно ей сейчас. Медленно восстанавливается.

– А вот это уже твоя забота. Помоги ей почувствовать себя сильной, красивой, уверенной женщиной. Тогда и с Королём договорятся.

Много Солнце помогало своей дочери. Наверное, когда была она ещё ребёнком, не могла принимать, как теперь. Тогда её интересовали мужские сражения, теперь – женские наряды. Она крепла и становилась женственнее и увереннее.

– Ах, какова! – молвил Король Воды и с солнечным ударом исчез в озере.

– Ах, какова! – сказал Король Воздуха. – Красавица, будь со мной, и мы захватим весь мир!

– А зачем? – с улыбкой спросила дочь Солнца.

Король задумался, да и пронёсся мимо. А там и забыл, чего хотел.

– Ах, какова! Умница, будь со мной, и мы сожжём этот мир! – азартно предложил Король Огня.

– А где править будем? – ласково ответила она ему и повергла в задумчивость.

– Вот язык, дочь моя! – возмутилось Солнце. – Опять всех женихов разогнала!

– Ну и правильно,– вступился стоящий поблизости Король Земли. – Зачем разрушать то, что не строили? Умница, красавица, будь со мной и тебе будет спокойно и хорошо. У меня есть и дом, и очаг. Согреешь нас?

Солнце и Ветер переглянулись, Принцесса просияла изнутри так, что ответ был очевиден. Она восстановилась достаточно, чтобы Король Земли помог ей научиться сохранять свои силы и приумножать, давая.

И был бал, и он не отходило от неё.

– Я люблю тебя,– шептал ей на ухо.

– Что принес тебе Ветер? – озабоченно спросила она.

– Не забивай себе этим очаровательную головку! Важно совсем другое. Ответь только, любишь ли ты меня?

Он смотрел ей в глаза, целовал руку, держал за талию, давая опору. Его голос сводил с ума, такой близкий, запах будоражил… Она улыбалась ему.

– Да,– совсем тихо ответила, смутившись.

– И ты согласна?

– Да, согласна.

Это было последнее, что она помнила. От счастья кружилась голова, и он вёл её в танце бережно и заботливо.

 

 

Море волнуется раз…

 

Море волнуется раз! Море волнуется два! Море волнуется три!

 

Жил-был Морской царь и был у него сын… Про то никто не знал, только про дочерей. А всё почему? Прятал. Как начинают цари-короли отправлять наследников на турниры да состязания, а парни все горячие, а ну, как кого не досчитаются? Или вот, к примеру, войны – и собственное чадо на погибель? Ради мира во всём мире? Нет уж, не пойдёт. Сам он не развязывает конфликтов, стало быть, и нечего царевичу там делать. Рос он с младшими сёстрами и таким же капризным был, как девицы, даром, что красив и статен, весь в отца. К совершеннолетию владыки парней на подвиги отправляли, удаль молодецкую да знания в жизни проверить, только царь морской своего дома держал, даже не сказал никому. Пока однажды…

Корабль потерпел крушение, и в море тонула красивая девушка. Шуму от неё было много, жить, видно, хотела больше, чем все остальные, вот царевичу она и приглянулась. Она забавная такая – боится, а виду не подаёт. Да и на сестриц совсем не похожа, будто рыцарь какой. Много их тонуло, в мужских платьях да с оружием. Но девицу-то сразу видно.

Царь морской только рукой махнул: чем бы дитя ни тешилось. Да и внуков, наследников захочется рано или поздно, а где их взять? Вот только девица оказалась непростая. В себя как пришла, говорит ей парень: не переживай, мол, я тебя не обижу. Нагостишься, чудеса морского царства посмотришь, отпущу на землю. А она в ответ:

– А что ты делать умеешь, молодец? Может, на коне скакать? Или саблей махать? Или стреляешь хорошо? В чём удаль твоя? Был ли ты в походе, хотя бы? Нет? А говоришь, Царевич. Скучный ты какой-то. Корабли топить – разве достойное занятие для мужчины?

С сёстрами его она ладила, да сторонилась. Похожа поведением на Принцессу, странную какую-то… Красивая, порывистая, живая, не так-то легко её урезонить или напугать. Рассказывала она, как удаль молодецкую тренировала наравне с принцами и рыцарями. Хотела на турнир с ними, да отец воспротивился. Сказал, не дело для принцессы с юношами соревноваться.

Смекнул тут царь морской угрозу, да и отправил гостью восвояси. Только поздно было. Сын его мало с кем общался, помимо морских жителей, да и влюбился в необычную незнакомку.

И вот – на земле, из ниоткуда, появился странный юноша Сидон. Высокий, косая сажень в плечах, начитанный до неприличия. А с оружием его не видели, девушками и турнирами не интересуется. Вестимо, иноземец, вот только про его страну никто не слыхивал и самого его никто не знает. Пробовали на бой вызвать – да о его спокойствие и невозмутимость разбились. Чудно это было.

Долго не могли привыкнуть, но постепенно перестал он быть чужаком. Помогает кузнецу, силу наращивает. Может, ему и рассказал что, неизвестно. Говорили люди, что Сидон с сыновьями кузнеца в оружии и в верховой езде упражняется вдали от посторонних глаз. А потом и вовсе в ратники завербовался, только его и видели.

Пока ратные подвиги совершал, много понимать стал про дела земные. И почему отец его им так противился. Да не мог он поступить иначе, не просидишь всю жизнь в тихом омуте. Проведал он отца и сестёр. Грустно смотрел царь морской, понял, не вернётся наследник в отчий дом, да что уж теперь… Скрепя сердце, благословил. Признал, что заработал его сын право выбора. Об одном просил на прощание: «Женись, сынок».

А царевич морской, пока учился среди людей на земле жить, помнил о своей зазнобе, вести собирал. Как скандал какой – так она. То девица на турнире в мужском платье, да ещё и среди лучших молодцев. То женихов разогнала, соревноваться заставила. То убегала с бала, подобрав юбки, прыгнула в седло по-мужски, а уж на лихом коне скакать лучше неё никто не мог. То Король Отшельник объявил, что дочь исчезла. Долго молчал, да сам не нашёл, видимо. Узнал Сидон, что у этого Короля единственная дочь, что Королева умерла рано, а он потом не женился, побоялся мачеху в дом привести. А ну как станет ломать своеобразный нрав свободолюбивой Принцессы? В дочери же он души не чаял и позволял ей… почти всё.

Как услышал он, что объявился Принц Отшельник, так понял, кто это. Сейчас Сидон не скрывал своё имя, в удали молодецкой среди лучших слыл. И отправился на бал…

Не только он хотел её там встретить. Увидел высокого, прямого и худого Короля Отшельника. Не ходил его величество по балам, хотя срок траура давно истёк. За то и прозвали отшельником. Для дочери когда-то устраивал или вот, искать её пришел.

Сидон наблюдал. Появился странный юноша, немного нервный, не по-мужски изящный и подозрительно гладко выбритый. Король подошёл к нему. К ней? И донёсся немужской голос. Сидон подошёл ближе.

Он не ругал, не принуждал её – увещевал.

– Дочь моя, я обрадован тем, что вы, наконец-то удостоили вниманием балы. Но отчего в мужском камзоле? У вас столько прекрасных платьев и украшений, что их грех не показывать! И мне ли не знать, как вы прекрасно танцуете!

– Ах, отец, опять юбки! Это так неудобно в седле! Если б вы только знали…

– Зато как удобно в карете!

– Что я буду там делать? Это так долго!

– Как – что? Дитя моё, вы можете там читать или спать. В конце концов, переодеться и присоединиться ко мне верхом!

– Ну разве что… Почему вы так против мужского камзола? Разве я плохо его ношу?

– Мы ведь говорили уже об этом неоднократно. Носите вы его хорошо, но мужчиной от этого не станете. Природу не обмануть. Да и вряд ли ваши любимые книжные герои выражаются так же. Зачем быть первой среди грубиянов? А что за юноша смотрит на вас, не отрываясь? Я не видел его раньше.

Девушка обернулась, и что-то смутное стало подниматься в памяти.

– Вроде я его видела… Только не помню, где.

– Неужто во сне? – с некоторой надеждой спросил отец.

– Возможно,– пожала она плечиками. Что-то в юноше её будоражило и волновало. И вдруг она спросила:

– Отец, вы говорили, привезли что-то из моих нарядов?

Король не подал виду, что обрадован и удивлён.

– Да, и вашу камеристку тоже. Позвать?

– Да, пожалуй… Возможно, это будет интересно – переодеться прямо сейчас.

Слуга побежал к карете, Король – к хозяину бала, договориться о комнате. Последний догадался, уже увидев у себя Отшельника. Звали-то его многие, но принимал приглашения крайне редко и для дочери.

Принцесса чинно вплыла в залу в полном блеске. Она была так хороша, что ей хватило даже простой прически. Не было часов для разведения садов на голове, да и не любила она их до страсти. Ещё больше юбок.

Смолкла музыка, к ней подошёл отец и предложил руку. Восхищённый не меньше остальных, сердце переполнялось гордостью, что дочь столь красива. Она улыбнулась его радости. Танцы возобновились, и они кружились в вальсе.

Принц подошёл к ней и представился.

– А, так это было после крушения, вы тогда исчезли надолго,– вспомнил отец.

– Кажется, да.

Пока молодые люди танцевали, Король навёл справки у хозяина:

– Он славный юноша?

– Да. Хотя неизвестного роду-племени, но ничего плохого не слышно.

– Принцесса, какое вы предложите мне испытание? Я стал силён в удали молодецкой, но всё равно побаиваюсь, смогу ли быть первым?

Девушка улыбалась и молчала. Она не хотела состязаться, но ещё сопротивлялась этому в самой себе. Она помнила его…

И была свадьба, а на ней – Царь морской горько выговаривал Королю:

– Увели вы у меня сына!

– Но, Ваше величество, у вас столько дочерей-красавиц, а у меня одна-единственная!

– Так-то оно так…

И только молодым не было ни до кого дела в этот день, они не могли насмотреться друг на друга...

Новости


09.08.19 

05.09.19 

16.09.19 

24.10.19 

02.11.19 

 


Идёт формирование #114.





ФОРУМ

журнала «Три Желания»

 

 

Избранное - 2

Итоги здесь

 

Подведены итоги конкурса 2009 г. для спецвыпусков. Проза и поэзия.

 

Рецензия на сборник «Трижелания. Избранное» в журнале «Дети Ра» 

Архив · Редакция · Спецвыпуск. Проза · Спецвыпуск. Поэзия · ИЗДАТЬ КНИГУ · О проекте
ВебСтолица.РУ: создай свой бесплатный сайт!  | Пожаловаться  
Движок: Amiro CMS