Три желания

trigelanija.webstolica.ru

Вера Рюст

 

Наска и Ушка уходят вдаль

 

Наска с шарканьем остановилась на краю песчаного склона. Пологий и долгий, он образовывал большой котлован. Это хорошо – мало ветра. Шмак говорил, что в незапамятные времена здесь был карьер, который копали ещё Люди Старого Мира.

Посередине песчаной ямы, как и два года назад, беспорядочно разбросаны восемь лоскутных шатров. Шатры стоят криво. Потому что только Шмак умел хорошо ставить шатры, но Шмак давно умер.

Мусора за шатрами стало больше, и мелюзга радостно возилась в отходах, подобно северным поросятам. Наска медлила. Ей не хотелось идти к шатрам, где больше нет Шмака и Мокши. Но Наске нужна вода и пара часов отдыха. Ночевать она здесь не будет.

Наска начала осторожный спуск по склону, вниз из-под её ног ссыпались маленькие ручейки разноцветной каменной крошки. Закашлявшись в облаке оранжевой пыли, девчонка размазала грязь по потному лицу, затем поочередно продула ноздри от застрявшей в них земли. Потом выпрямилась и вновь внимательно посмотрела на выросшие перед ней шатры, цепким взглядом подмечая всё, что изменилось с тех пор, как она ушла.

Наске примерно четырнадцать лет. Когда её нашёл Шмак в сутках к западу от шатров, ей было четыре. А может пять. Или шесть. Спутники Наски – мужчина и женщина – были мертвы к тому моменту уже четыре дня и очень сильно воняли. Были ли те люди настоящими родителями девочки, Шмак не знал.

Глаза у Наски большие, почти круглые. Серая радужка не просматривалась за огромным зрачком, и глаза казались совсем чёрными. Голова непропорционально большая, с неровным черепом. Лоб словно вдавлен внутрь, а надбровные дуги слишком выдавались вперёд. Волос не было – голова лысая и до черноты загорелая, как и всё тело. Бровей и ресниц тоже не было – не росли. Только в самом низу затылка рос пушок, но Наске казалось некрасивым оставлять этот крысиный огрызок, и она его сбривала своим любимым складным ножом.

Её заметили. Баба, стиравшая худые тряпки у ближнего шатра, уставилась на Наску. Наска не помнила её имени, просто кивнула и прошла мимо. Меж других двух шатров сидели мужчины прямо на горячей земле, ногами крестом. Наску они узнали сразу – Наску сложно не узнать.

– Я возьму воды. До вечера не останусь, уйду дальше.

Её молча проводили неприязненными взглядами. Здесь её любили только Шмак и Мокша. Теперь Шмака и Мокши нет, и Наску в этих шатрах больше никто не любит. Но воду взять разрешат, раз она пообещала уйти быстро.

Наска нашла любимое место Мокши – большой серо-коричневый валун. Мокша была рыжей кошкой. Очень доброй и ласковой. На спине у неё росла маленькая пятая лапа, Наска любила гладить эту калечную лапу. Мокша жила со Шмаком, а потом с ними стала жить и Наска.

Девчонка вскарабкалась на горяченный камень и достала складной нож. Вытащив лезвие, она стала делать солнечные пятна. С ними любила играться Мокша. Нож – подарок Шмака. Нож – драгоценность. Мало у кого есть сейчас нож со времён Людей Старого Мира. Наска провела шершавым грязным пальцем по почти стёртой от времени надписи на основании лезвия: MADE IN. Наска уверена, что Маде Ин был великим кузнецом – нож ни разу её не подвел.

Шмак был немолод, но он слыл лучшим охотником в этих шатрах. Научил Наску охотиться на грызунов, научил снимать со змей кожу одним куском; рассказывал, каких жуков и пауков можно есть, научил выбирать здоровых червей для пищи. А ещё – лечиться травой и кореньями, колючками, ягодами и листьями. Наска стала хорошей охотницей.

Но самое главное, чему научил Шмак Наску, – это читать. Он учил её и считать, но считала Наска плохо. Читала хорошо. Уже давно Новые Люди не учились читать. Наска за два года странствий так и не встретила никого, кто бы умел. Зачем учиться читать, если слова, прочтённые тобой, будут тебе непонятны, и того, что они когда-то означали, давно уже нет? Но Наска была любопытна, ей были интересны странные слова. О значении некоторых слов Наска догадывалась сама, о некоторых ей рассказывал Шмак. Было слово «велосипед» – когда человек мог ездить на двух кругах из железа с перекладиной. Было слово «коньки» – тапки на тонких лезвиях. Коньки – враньё. Тогдашние люди любили бахвалиться друг перед другом, как и сейчас, вот и выдумывали, кто лучше стоит на лезвиях. Наска знала, что лезвие через кожаную стельку тапок вопьётся в ступню, и стоять на нём будет невозможно. В велосипед Наска верила больше.

Шмак носил с собой толстую пачку кусков бумаги со словами. Они читали их вместе. На одном куске было про погоду. Шмак говорил, что Люди Старого Мира могли предсказывать ветер и дождь, много облаков будет или мало. Но раз у них были провидцы, почему не увидели они Конец Старого Мира?

Шмак говорил, что когда наступил Конец, некоторые люди из Старого Мира спаслись на огромных железных плотах, плавающих по воздуху. Что плоты эти улетели к звёздам. И что однажды они должны вернуться. Это рассказывала Шмаку его мать, а его матери – её мать.

Ещё Шмак говорил Наске, что она – Мутант. Наска и правда была Мутант. Люди Старого Мира могли много, но они одинаковые. Люди Нового Мира могут мало, но среди них есть Мутанты. Наска могла чувствовать воду. Если рядом есть вода, внутри головы начинает вибрировать. Всегда по-разному. По этому чувству Наска может определить: грязная вода или нет, сладкая или горькая, горячая или холодная. Наска очень долго могла совсем не пить – целую неделю, и ей ничего не делалось. Шмак сказал, что поэтому она и выжила одна в степи, когда те двое умерли. Во время странствий Наска встречала других Мутантов, но большинству из них было плохо. Она оказалась год назад в Северных шатрах – там мальчик шести лет поднял камень в воздух. Все радовались, что он сможет поднимать тяжёлые брёвна и камни взглядом, будет помогать строить. Но вечером носом у него пошла кровь. Утром он умер.

Два года назад Шмак не проснулся. А за месяц до этого пропала Мокша. Наске сказали уйти – неурожайный год. Наска не обиделась, она и сама не хотела оставаться.

От раздумий её отвлёк низкий мальчишка лет десяти. Он был загорел и бос, нос вздёрнут, на лицо конопат. Наска помнила, что его зовут Ушка, и у него сильно оттопыренные уши. Левое ухо – очень маленькое и недоразвитое, повёрнутое вниз. Второе – слишком большое и задрано вверх. За это его с самого детства дразнили Лопоухим, Лопоушкой, а потом просто Ушкой. Другого имени у него не было.

– Ты эта, – Ушка поджал на ногах грязные пальцы. – Сегодня и ушлендаешь?

– Да.

– Возьми с собой.

– Зачем тебе уходить?

– Матка снова с животом. Рахтар хочет, чтобы его ребёнок в этот раз выжил. Моя еда – его ребёнку.

Наска вспомнила его мать, она всегда ходила брюхатая.

– Что мать.

– Она только смеётся, – буркнул Ушка.

– Ты Рахтару не сын, поэтому он не любит тебя.

Ушка зыркнул на Наску исподлобья:

– Моя мать – мне мать, но она тоже не любит меня.

С этим Наска поспорить не могла.

– Идём, если хочешь. Я уйду через два часа. Запаси как можно больше воды для себя, – Наска задумчиво оглядела Ушку, – и найди себе обувь, иначе через два дня не сможешь идти.

– У меня нет обуви.

– Тогда укради. Сюда ты всё равно не вернёшься.

 

***

 

Наска сидела на камне с закрытыми глазами. В полудрёме ей мерещилась рыжая морда Мокши и мягкая шерсть по ногам, а рядом напевает Шмак, разделывая маленькие тушки степных мышей. Где-то недалеко кто-то сильно спешит, громко шлёпая тапками по твёрдой земле. Наске пришлось открыть глаза.

Ушка, крадучись и беспокойно оглядываясь, подбежал к камню. На нём были хорошие кожаные тапки. Но велики, поэтому подвязаны к щиколоткам толстыми шнурами. За спиной Ушки Наска насчитала четыре бурдюка. Свой бурдюк Наска наполнила, как только Ушка ушёл добывать себе воду и тапки.

– Я всё, – мальчишка скрючился, пытаясь отдышаться.

– Тогда идём.

Наска легко соскользнула с камня и пошла от шатров к краю насыпи. Когда Ушка, весь перепачкавшись, наконец-то одолел насыпь карьера, Наска спросила:

– Рахтар?

– Да, – Ушка встал и посмотрел вниз на маленькие шатры, протяжно шмыгнув носом. – Всё Рахтара. Тапки самые хорошие взял. Так ему и надо.

Мальчишка сердито развернулся и пошёл вперёд по сухой траве. Наска в последний раз посмотрела на шатры. Потом взглянула на степь. Два года назад зелёной травы было больше.

Они прошли километра два. Вокруг лишь сухая трава, да несколько крупных камней. На этих камнях Наска часто отдыхала со Шмаком после охоты. Эти камни были хорошим ориентиром.

Девчонка уселась на камень, рядом с ней плюхнулся Ушка, скинув с себя бурдюки. Ушка молчал, искоса поглядывая на Наску. Он знал, что она думает, куда идти. Наска ему нравилась. Она была умная и по-своему красивая. Особенно глаза. Ушка смутился и отвернулся, сорвав сухую травинку и сунув её в рот.

Шмак говорил, что однажды Люди Старого Мира вернутся с неба на своих железных плотах. Шмак говорил, что Конец наступил примерно двести лет назад – это как двадцать пар рук. Очень много. Наска всмотрелась в свои ладони. Почему они не вернулись? Может их плот упал и разбился, и на самом деле никто не спасся? Может они не долетели до звезды, умерев от голода? Или нашли новый дом, но забыли обратный путь? А может просто решили бросить их. Иногда Наска думала, что на самом деле Люди Старого Мира возвращались, но испугались калечных и Мутантов и решили оставить их здесь умирать. Наска не любила об этом думать, ей становилось грустно.

Идти на Юг не было смысла – оттуда все уходят, слишком жарко, слишком мало воды и еды. Здесь, на Западе, можно жить, но Наске тут делать нечего. На Севере намного больше людей, там больше дичи, даже растут большие деревья. Но и там она уже была. Наска знала, куда она хочет идти. На Восток. Оттуда никто не приходит, и никто туда не уходит. Есть только легенды о тех землях. Что там чудные звери, что именно оттуда пришёл Конец, и что именно оттуда спаслись люди на железных плотах. Были легенды, что на Востоке стоят плоты, на которых никто не успел спастись, и что если кто найдёт их, тоже сможет подняться к звёздам.

Наска решила. Она встала, похлопав по карману, где лежали нож и свёрток бумажных кусков со словами.

– Идём, – повернулась к мальчишке, подумав, что научит его читать.

Ушка молча взвалил бурдюки за спину и последовал за Наской.

По сухой трескучей траве, под жгучим солнцем в безоблачном небе идут две маленькие фигурки – это Наска и Ушка идут на Восток.

Наска и Ушка уходят вдаль...

 

Новости


09.08.19 

05.09.19 

16.09.19 

24.10.19 

02.11.19 

 


Идёт формирование #114.





ФОРУМ

журнала «Три Желания»

 

 

Избранное - 2

Итоги здесь

 

Подведены итоги конкурса 2009 г. для спецвыпусков. Проза и поэзия.

 

Рецензия на сборник «Трижелания. Избранное» в журнале «Дети Ра» 

Архив · Редакция · Спецвыпуск. Проза · Спецвыпуск. Поэзия · ИЗДАТЬ КНИГУ · О проекте
ВебСтолица.РУ: создай свой бесплатный сайт!  | Пожаловаться  
Движок: Amiro CMS